Тени сгущаются

Как ты думаешь, Лесник, это могли сделать койоты? Может быть, нам стоит установить дополнительное наблюдение — на случай, если эти противные полусобаки затеют снова приблизиться к лагерю?

— Я думаю, нам следует опасаться всех чуждых существ, — согласился Лесник. — Однако…

— Гроза считает, что Шёпота могла убить какая-то собака, — не унялась Дейзи, её голос стал глухим и напряжённым. — Но я не знаю. Мне не верится, что собака может быть настолько порочной и злобной! — в ожидании ответа Лесника Дейзи часто, прерывисто задышала. Ей явно хотелось похоронить тему убийства Шёпота, как они похоронили в своё время его самого. Воспоминания о маленьком сером псе претили ей, вызывали острую боль под рёбрами и стискивали горло, затрудняя дыхание и речь. Может, причиной тому было чувство вины?

Лесник снова заговорил, и, приподняв голову, Гроза сильней навострила уши.

— Некоторые собаки очень порочны и злобны. Убить Шёпота мог Свирепый пёс.

— Ох, Лесник, — возразила Дейзи. — Я в это не верю!

Её собеседник пожал плечами:

— Тогда почему Дротик решил уйти вот так просто из Стаи? Наверняка это что-то значит. Он покинул Стаю и наш безопасный лагерь, всю нашу территорию… и при том добровольно. Это бессмысленно. Если только ему нечего скрывать…

— Нет, я так не думаю, — заскулила Дейзи. — И мне так жалко несчастную Беллу. Она сейчас где-то далеко, в холоде… без нас, без Стаи, способной её защитить. Надеюсь, там найдётся достаточно дичи, чтобы ей хотя бы не голодать!

Лесник в ответ только фыркнул:

— Белла никогда не казалась мне глупой собакой. И рядом с ней один из лучших охотников нашей Стаи. Я уверен, что голодать ей не придётся.

Уголком глаза Гроза заметила золотистого пса, пересекавшего лагерь. Прошагав очень близко от двух беседующих собак, Счастливчик бросил на них внимательный взгляд, но Лесник и Дейзи не прервали разговор, хотя не заметить его не могли. «Лесник обсуждает родную сестру Беты, и даже не беспокоится, что тот может его услышать!» — рассердилась Гроза.

Не желая больше слышать нелепую болтовню Лесника, собака заткнула лапами уши. Однако усталость и раздражение подкосили охотницу. Ей снова стало не по себе. Собака-Солнце на западе выгнулась и, осветив напоследок стволы деревьев прощальным янтарным блеском, спустилась с неба за горизонт. Щенки тоже исчезли с поляны. Ласково, но непреклонно Альфа загнала их спать. Наблюдать Грозе стало не за кем.

Она поднялась на лапы, потянулась и побрела к своему логову. Слабый ветерок превратился в порывистый резкий ветер. Ветви деревьев над поляной беспокойно заколыхались, а листва на них боязливо затрепетала. По лагерю разнёсся тревожный шелест.