2
0Сейчас он жалел, что прирезал бедолагу Артема, лучше его бы забрали, потому что иначе убьют прямо здесь…
Уже скоро.
— Мы служили вместе… — выдавил он. — Как так, Серега.
— Вспомнил.
— Что он тебе обещал…
Чем-то держит его старый ювелир. Бабки? Безбедная жизнь? Андрей потерялся в вариантах: давить на былую дружбу, предлагать деньги или что. Вариантов много. Все бесполезные. Шелехов, как немецкая овчарка, верно служил за миску похлебку и из любви к искусству. Что ни предлагай — не купится. Особенно, после долгой лжи и выпущенной в него обоймы.
— Как Демьян скажет, так и будет, — Сергей прижал трубку к уху.
Андрей пошевелил пальцами, связанных за спиной рук. Пальцы ныли. Пластиковая стяжка крепко перетянула запястья. Не наручники, и будь руки связаны спереди — он бы порвал. За спиной — шансов меньше. Пушки нет. Живот болит. До ножа в кармане не дотянуться.
Он прекрасно понимал, что скажет Демьян.
— Мы его взяли, — сообщил Шелехов. — Одного, без бабы. Что делать?"
"Андрей ощутил безумную усталость. Она разрослась из центра груди, легла на плечи, лишила последних сил, которые он пытался собрать перед рывком. Боевая усталость.
К проходной подкатил джип. Слишком далеко — не видно ни номера, ни марку, интуитивно Андрей понял — за ней. Неужели сорок минут прошло?
Нужно еще тянуть. А он так устал, что не мог больше.
Наверное, Демьян спросил про Лену, потому что Шелехов ответил:
— Он не скажет.
— Дай с ним поговорить, — тяжело дыша, выдавил Андрей.
Сергей отключил телефон. Убрал в карман. В салоне повисла гнетущая тишина. Лучше любых слов она сказала о том, что будет дальше.
— Сергей, не глупи… — выдохнул он.
— Иди сюда, — глухо велел Шелехов напарнику, который сидел спереди.
У Андрея что-то дернулось в районе сердца.
Нерв какой-то.
Ее вот-вот увезут, и тогда он будет спокоен, что все хорошо. Но времени не было: оно закончилось, утекло сквозь пальцы. Последний миг улетел, как песчинка с ладони.
— Я тебе заплачу… Камнями Власова. Лучшими.
— Извини, Андрюха… Демьян боится мести, а ты слишком опасный противник.
— Думаешь, он тебя оставит в живых, когда все закончится? Подожди…
Андрей не заметил момента, когда Шелехов набросил удавку.
Тонкая, из нейлонового шнура, она скользнула по беззащитно открытой шее и впилась в кожу, когда старый друг затянул петлю. Дыхание перехватило. Он дернулся всем телом, забыв о боли в солнечном сплетении, усталости, и об отказавших запястьях. Выгнулся, инстинктивно рванул руки, но разорвать стяжку не смог.
