Тень у порога

– У девочки есть два увлечения, которые беспокоят мать.

– Дай угадаю? Мальчики и оккультные науки? Хотя Дарья, помнится, что-то говорила о книгообмене.

– Великая Отечественная война и пытки.

Таким меня не удивишь. Как минимум одного единомышленника я девочке точно могу представить – в подвале у Бергмана стоит настоящая гильотина, своими глазами видела.

– Первый интерес скорее похвальный, разве нет?

– Ольга считает, что она слишком зациклена на этом. Часто в ущерб учебе. Пожалуй, мальчикам, которых ты упомянула, женщина обрадовалась бы куда больше.

– А что говорит нам их семейная история? Возможно, Ксения хочет узнать о предках.

Учитывая, что девочка росла без отца, мне понятно ее желание знать больше о мужчинах в своем роду.

– По словам Ольги, оба ее деда воевали, один погиб под Смоленском, захоронение давно найдено. Второй войну прошел, получив звезду Героя.

– Значит, никаких семейных тайн? Просто интерес к истории? Как, кстати, у нее в школе с этим предметом?

– Не поинтересовался.

– Ну а с пытками что? В каком ключе они ее интересуют?

– Надеюсь, что в историческом, – улыбнулся Клим.

Поняв, что на этом обмен опытом общения с соседями окончен, я поручила напарнику оставаться в особняке и следить за обстановкой. Сама же решила прогуляться до «дома с чертями». Бергман хотел предупредить старика о том, что я собираюсь наведаться в букинистический магазин. Разочаровывать Кузьмича не хотелось. Выложив все вещи из сумки на кровать, я с досадой подумала, что вовсе не для Кузьмича выбираю свитер. Назло себе и здравому смыслу надела самую простую серую водолазку и вскоре уже была на улице.

Когда я оказалась на площади, к «дому с чертями» сразу подходить не стала.

Вместо этого потопталась у засыпанной снегом чаши фонтана. Прошла от здания суда к кинотеатру и обратно, всматриваясь в лица прохожих. Тщетно. Если Майя и искала встречи со мной, сегодня у нее точно были другие планы.

Василий Кузьмич был занят общением с клиентами. Пара пенсионного возраста выбирала подарок друзьям, интересующимся восточной философией. У старика, конечно же, было что им предложить и что рассказать.

Я потопталась возле стеллажей, рассматривая потрепанные корешки книг. Затем прошла в закуток, где находилось рабочее место Кузьмича.

Повесила куртку на спинку стула и вернулась в основной зал.

На огромном столе по-прежнему лежали альбомы. Я подошла ближе и убедилась, что тот, на котором старик предлагал мне погадать в предыдущий мой визит, отсутствует. Впрочем, и в прошлый раз он хранился отдельно от остальных.

Не знаю, зачем я невольно искала его взглядом. Желала убедиться, что он не краплен, словно карточная колода? Или того хуже – представляет собой сотню одинаковых страниц с гербариями.