Тень у порога

Серое платье с горлом и длинным рукавом. На фото она действительно стояла вплотную к Виталию. Димка щелкнул клавишей, и на экране появился снимок с другого мероприятия. Трое мужчин и та же блондинка на природе у костра. Виталия она держит под руку и смотрит ему прямо в глаза, в то время как другие пытаются улыбнуться фотографу. Поэт показал еще несколько изображений. Закономерность действительно присутствовала.

– Одна из героинь служебного романа, о которых говорили коллеги Ольхова? – догадалась я.

– Да, с помощью поиска по изображениям нашел ее социальные сети и имя: Анастасия Юрьевна Величко.

– Она работала под его руководством?

– Как я понимаю, до сих пор трудится в том отделе, где когда-то работал Ольхов. Что делать с этой информацией, я пока не знаю, но ничего более интересного мне найти не удалось, – вздохнул Димка. – Как твой разговор?

– Джокер не сообщил? – удивилась я.

– Сообщил, – ответил сам Бергман. – Но твоими ощущениями кто-то кроме тебя поделиться вряд ли сможет.

– Об отношениях соседа с Лилией Ольхов либо не знает, либо их и вовсе не было. Не врал совершенно точно. Правда, когда я заговорила об изменах, заметно занервничал. Ну, судя по этим снимкам, понятно почему: у самого рыльце в пушку.

– Так, может, с Лилей был роман у него самого, а не у Тимофеева? – предположил Димка. – А что, учитывая его любвеобильность, вполне вероятно."

"– Ага, и, убивая соперницу, Лиля немного ошиблась адресом? – съязвил Клим.

Поэт не нашелся что ответить. Демонстративно встал, хлопнул крышкой ноутбука и вышел из кабинета.

Я встала, чтобы тоже уйти, но взгляд зацепился за бумажный пакет, который я оставила возле двери. Я подошла, вынула альбом и положила на стол Бергмана.

– Кузьмич отказался брать с меня деньги.

– Альбом уездной барышни Матвеевой, – кивнул Бергман. – Купил за бесценок, кстати.

– Историю его покупки я знаю. Заезжий немец проиграл его в карты какому-то выпивохе. Тот, в свою очередь, не найдя средств для очередного возлияния, выставил его на продажу в Интернет.

– Именно так, – улыбнулся Бергман. – Кстати, в магазине есть и более любопытные экземпляры.

– Да, но потомков авторов тех альбомов я, вероятно, не знаю лично.

Максимильян нахмурился и вопросительно посмотрел на меня.

– Матвеева Екатерина Ильинична – прабабушка Антонины Петровны Ветровой, соседки Ольховых. Я в этом почти уверена.

– Матвеева… Кажется, ее погибшая сестра носила эту фамилию?

– Да, подозреваю, что мать, родившая от немца, дала дочери фамилию Матвеева в целях конспирации.