8
0
– Сударыня, я лишь сделал то, что сделал бы на моем месте любой дворянин. Вы мне не обязаны ничем, кроме пылких объятий! – великодушно заверил ее Эдя и присосался к руке девушки долгим поцелуем начинающего вурдалака."
"Поцелуй еще не завершился, когда на Хаврона внезапно навалились сзади. Эдя сражался, как тигр. Он лягался, размахивал руками и даже сумел вскочить, стряхнув того, кто повис на нем, прямо на столик… Дважды кулак его удачно нашел цель. Кто-то улетел головой в блинчики. Эде ужасно хотелось сказать «Пуф!», но он не делал этого из человеколюбия. Вдобавок за правую руку его кто-то держал. Победа была близка, когда на Хаврона накинули скатерть. Эдя запутался, налетел боком на столик и упал. На него навалились все разом.
– Я ухожу, но, и мертвый, я вернусь! Героя ждет Валгалла! – крикнул Эдя, исчезая под грудой тел.
Очнулся он полчаса спустя в официантской. Он лежал на столе, старательно связанный каким-то несерьезным шпагатом.
Рядом на стуле сидел знакомый Эде молодой охранник и смотрел на Хаврона вполне доброжелательно. Его доброжелательности не мешал даже созревающий на правой скуле фингал. Эдя посмотрел на него, и костяшкам на его левой руке стало совестно.
– Очухался? – поинтересовался охранник.
Эдя кивнул.
– Ну ты даешь! И когда только успел напиться? Ты что, до дома не мог подождать?
В голосе охранника определенно ощущалось понимание.
– Кто напился? Я? – усомнился Эдя.
Голова у него болела, что в целом подтверждало эту версию. Вот только Эдя совершенно не помнил, чтобы он выпил хотя бы глоток.
Охранник, сияя фингалом, наклонился к нему.
– А то! Набрал в холодильнике льда и стал им бросаться! Все тут разнес! Ну мама дорогая!.. Затем ввалился в зал и принялся колобродить… Не помнишь разве, нет? – сообщил он радостно.
– Не-а, – сказал Эдя.
– А потом увидел хозяина и озверел! – продолжал охранник. – Сдернул его со стула и пнул два раза – га! – в область заднего кармана джинсов… Лучше бы в рожу, раз такая музыка пошла! Ребята бы тебя поняли.
– Пнул два раза? Разве не один? Хотя какая разница? – пробормотал Эдя, что-то припоминая.
– Ты что, не узнал его?
– Кого не узнал? Толстяка?
– Прушкина и его жену!.. Ты ее королевой называл, ха-ха! Там такая королева, я вас умоляю! Силиконовая овца с кукольными глазами! Так не узнал их, что ли, нет?
Собеседник Хаврона был приятно взбудоражен. Эдя закрыл глаза.
– И что теперь будет? – спросил он тоскливо.
Охранник оглянулся, облизал губы в явном сомнении, говорить или нет, и, наклонившись к уху Эди, быстро произнес:
– Да ничего тебе не будет! Хозяин не хочет скандала, да и потом, что с тебя возьмешь?.. Вышвырнут по-тихому и все дела!
Охранник оказался прав. Спустя час тугие двери «Блинов» распахнулись и недружелюбно вытолкнули Эдю на снег.
