Какую проказу она задумала?
Нахмурившись, она сосредоточенно расстегнула все пуговицы на штанах и освободила его от тканей. Диринг едва не взвыл. Любая ее ласка была проверкой его воли на силу и прочность. Так же, как и он прикосновениями довел ее до окончания, Шарлотта явно вознамерилась сделать то же самое. Он прислонился к стене, а она продолжала ласкать его плоть. Диринг наблюдал за ней. Лицо Шарлотты было серьезным. Она относилась к своему занятию как к ответственной работе.
Когда последние остатки воли исчезли и напряжение стало невыносимым, он издал громкий крик и утонул в непередаваемых колдовских ощущениях.
* * *Позже Шарлотта сыграла своему единственному слушателю несколько фортепианных пьес, и Диринг сообщил, что запланировал на завтра прогулку. Она обрадовалась, все еще возбужденная тем, что было в комнатах ее мужа. Совет Амелии оказался действенным. Шарлотте надо было стать более настойчивой, более уверенной, и тогда все, что она хотела получить в браке, сбудется.
– Нам пора переодеваться к ужину?
Вопрос Джереми вызвал улыбку. В последнее время Шарлотта стала намного чаще улыбаться.
В дверях музыкального салона появился Хадсон с серебряным подносом в руке.
– Принесли письмо.
– Ты можешь войти, – сказал Диринг и протянул руку, чтобы взять бумагу.
– Это для леди Диринг, милорд.
Шарлотта попыталась улыбнуться, впрочем, не слишком успешно.
– Возможно, это от моей семьи, – предположила она. Других идей у нее не было."
"Джереми пошел к ней, но потом передумал и сменил курс, направившись к камину. Шарлотта поблагодарила Хадсона, подождала, пока он уйдет, и сломала печать. Сердце тревожно забилось. Послание оказалось от лорда Гордона. Он хотел повидаться с Луизой и, если это возможно, встретиться с ними на следующий день. Лаконичное письмо. В нем было указано только время и место. Шарлотта встревожилась.
Она сложила письмо и положила в карман юбки, надеясь, что Джереми не обратит внимания. Надежда оказалась тщетной. Увидев устремленные на нее внимательные глаза, она поняла, что должна дать какое-то объяснение.
– Это всего лишь письмо от Амелии, – сказала она. Ладони сразу вспотели – она не привыкла лгать. В животе все сжалось.









