12
0Но мы не будем туда заезжать, там нечего делать…
Полчаса по живописнейшему пути — и вот, они съезжают к берегу, а точнее, к удивительной красоты белоснежно-стеклянному строению на берегу океана. И теперь уже Нике кажется, что они попали в еще одну параллельную реальность — теперь футуристичную…
Он паркует транспорт, приглашает ее за собой. Вокруг безлюдно. Они не встретили пока ни одного человека, как заехали на территорию.
— Йа абуи (араб. — папа)! — кричит Адам на арабском, стоит им зайти внутрь удивительного дома, открывшего для гостей стеклянные двери и дыхнувшего на них прохладой.
Ника видит выходящего через пару минут к ним на встречу статного мужчину в годах и только в этот момент начинает понимать, кто перед ней. В голове всплыли слова Омара про семью Адама. Неужели это правда Он?
— Знакомься, Ника, это мой отец, — обратился Адам к ней на английском, шейх Нуреддин.
— Просто Нур, — перебил его мужчина, дружелюбно протянув руку сначала девушке, а потом сыну, не выдержав после рукопожатия, по-отцовски заключив его к себе в объятия и похлопав по спине.
— Ника, — скромно ответила девушка, опустив глаза и стушевавшись. Все это было очень странным. Все более и более странным.
— Добро пожаловать, молодые, — сказал мужчина, тушуясь на столько, насколько это было возможно при его природной величественности, — вы осветили этот дом своим приездом, но заставляете меня испытывать стыд. Я не ожидал гостей и потому отпустил на выходные всех слуг. Неудобно вышло, распоряжусь, чтобы вернулся хотя бы повар и уборщица…
— Не стоит, отец! — возразил Адам, — все нормально.
— Ты приводишь в мой дом гостей, Адам, а я не могу их принять достойным образом. Это неприлично. Я не могу оказать должного гостеприимства.
Ника оценила, что они сейчас говорили при ней на английском. Не ушли в местное наречие, что было бы, конечно, невежливым в ее присутствии.
— Простите… — сама не поняла, как сорвалось с ее губ, — если все правда из-за меня, то я очень прошу не вызывать никаких слуг. Вы ведь… чем-то планировали ужинать? Если не против, мы бы разделили с Вами трапезу. Я помогу. Мне не привыкать готовить еду…
Мужчины оба теперь посмотрели на нее с удивлением. Сердце девушки неистово забилось. Неудобно было вот так встревать. Она понятия не имела, как они отреагируют на ее слова. И в то же время, шейх Нур как-то располагал к себе. Было в нем что-то теплое, приятное, что позволяло ей думать, что ее слова не будут поняты превратно. Он не раздражал, как Адам. И к нему она не имела никаких претензий, равно как и оснований испытывать неприязнь, в отличие от надменного Макдиси-младшего.
— Я рыбачу, Ника, — словно бы подавляя улыбку, ответил Нур, — не уверен, устроит ли Вас такая скромная трапеза.
