9
0
— Меня ищут.
— Обхвати ногами, — резкий толчок. Князь с легкостью балансировал на каменной кладке, удерживая при этом девушку. — У тебя сутки, — шептал, прильнув к лицу. — И ни дня больше, Элеонора. Сутки, — Темный сожалел, что дал обещание, загнал себя в рамки своих же принципов. — И я объявлю тебя моей парой. Не намерен ждать более!
Если бы девушка могла видеть в темноте, то испугалась. Резкие, агрессивные черты лица, хищный взгляд наполненный холодом, смертельно острые обнаженные клыки. Таким его видели враги. Но сегодня он сражался сам с собой.
— Сутки, — повторила с горечью.
Обратный путь до комнаты, не отложился в памяти девушки. Ноги сами несли знакомой дорогой. Эля не заметила брата, облокотившегося плечом на ствол ели. Скрестив руки на груди, с ухмылкой наблюдал из тени. Не видела Олега, сидевшего за одним из столов, приготовленных к завтрашнему торжеству. Девушка проживала вновь и вновь мимолетную встречу.
Глава 27
Жизнь закипела с рассветом. Быстрые, торопливые шаги по коридорам, крики с просьбами, шум открываемых и закрываемых дверей.
Эля не успевала убирать и вновь накрывать на стол. Кажется, что на завтрак, собралась вся долина.
Как только на территорию вьехал фургон, оборотни волной покинула особняк. Принимая цветочные композиции, расставляли в саду на столах, украшали невысокий помост и арку у озера.
— Не хочешь проследить? — Вела помогала собирать грязные тарелки.
— Там все просто, мам. Маленькие вазы- на столы. Вазоны- по территории. Цветочную гирлянду- на арку. Думаю, они справятся и без меня, — Эля надеялась, что сможет поговорить с матерью наедине, пока все заняты, включая Лео. Стремилась иметь хоть какую-то поддержку. — Мам…
— Эля, помоги, пожалуйста, — Лиля вошла в кухню, держа ребенка на руках. — Посиди с Ником часочек, пока мне делают прическу. Он ни с кем так себя хорошо не ведет, как с тобой. Я так боюсь, что моя активная маман его чем-нибудь накормит, — добавила тихо, оглядываясь. — Пожа-а-алуйста.
— Давай, — подхватила волчонка на руки. Эля ни раз наблюдала, за капризами Ника на руках Елены Сергеевны, и как тайком от дочери, женщина кормила морковью. Организм ребенка сразу реагировал сыпью и зудом.
— Спасибо! Я игрушки принесу.
— Ты что-то хотела спросить? Давай быстро, я все же хочу проследить, — Вела выглядывала в распахнутое окно.
— Потом, мам. Мелочи, — ответила, чмокнув малыша в щечку.
Одним часом сборы Лили не обошлись, и Эле пришлось поспешно приводить себя в порядок."
"Надев платье, девушка отметила, что все же Елена не прислушалась к просьбе и сделала по своему.
Не только ушила в бедрах, но и в талии. Да так, что страшно сделать полноценный вдох.
На церемонии жалась к боку брата. Митя проявлял чудеса терпения и братской любви.
