Святоша

Хотя на душе было тревожно. Ради того, чтобы отдать первое письмо, мне пришлось поступить в Академию Магии. Неужели из-за второго попаду под суд? Ой-ой!.. Прижала к груди книгу – в записях дяди Никласа не усмотрели ничего противозаконного. Нашли лишь кровь Амгерда на оковке, свидетельствующую против меня.

Все, все свидетельствовало против меня!"

"Приходил капитан из магического патруля – тот самый, не выспавшийся, что привел меня в чувство, провел через портал, затем не позволил надеть на запястье обруч, блокирующий магию. Да и зачем, если после двух погружений во Тьму у меня случилось полное магическое истощение? Сейчас понемногу восстанавливалась, но медленно, медленно…

Сказал, что Амгерд Сид – не последний человек в городе и, если расстарается, у меня будут крупные неприятности.

Вплоть до каторги в Мервянных Горах, куда упекали магов-преступников. Правда, Амгерд готов сменить гнев на милость и снять обвинение, если получит право опеки надо мной вплоть до самого замужества. С условием, что все это время я буду носить браслет, не позволяющий пользоваться магией.

Это означало, что до замужества я не доживу, а деньги – так или иначе – достанутся Амгерду.

– Но ведь он пытался меня убить! – в отчаянии сказала я капитану. – Присвоил мое наследство! У меня есть документы. Вернее, векселя и расписки.

Подорожная и паспорт сгорели вместе с письмом отца. Для того, чтобы получить новые, вероятно, придется ехать в Теоку, обращаться в архив при Ратуше.

– Хорошо, что есть документы, – согласился капитан. – Я посмотрю, чем могу помочь. Но обещать – не обещаю. И вот еще. Все не могу понять – Темная ты или Светлая? Я послал своих экспертов, пусть сделают слепок ауры.

Уж больно интересные магические следы…

Уставился на меня. Маги, я знала, наделенные Даром, обращались либо к Свету, или же к Тьме. Правда, Высшие с легкостью заглядывали и на чужую сторону. Я же, со слов магини Сивиссы, урожденная Светлая, потенциальная Высшая, но с детства свободно управлялась как с одними, так и с другими потоками, чем вводила наставницу в изумление.

– Светлая, – ответила капитану.

– Что ты сделала с молодым Сидом?! Он до сих пор хрюкает и сожрал все наши запасы. Штатный лекарь голову сломал…

– Скоро пройдет, – пообещала я.

 – Он сам… Сам с собой это сделал! Отца его уже не перевоспитать, а вот сыну передайте… Каждый раз, как поднимет руку на женщину – превращаться ему в свинью!

Капитан не поверил. Ушел, оставив меня в покое. Правда, скучать мне не дали. С потолка – каждые три вздоха и восемнадцать ударов сердца – срывалась новая капля. В соседней камере буянил пьяный Темный. Требовал выпустить на свободу, проклинал Светлых, магический патруль и забористый эль в таверне матушки Кросс.