Святоша

Пусть я – еще несостоявшийся, но все же почти дракон – существо, которому не страшен менелит. К тому же у меня было еще одно преимущество – ни епископ, ни охрана не знали об Аришше и не могли рассмотреть драконицу даже магическим зрением. Темный маг утверждал, что я заполучила вторую ипостась крайне своеобразным образом – лучше бы он не вдавался в подробности! – поэтому ее до сих пор не видно в проявленном мире.

Наконец, выжав из магов согласие, я ушла за охраной вглубь дома. Ступала по мягким восточным коврам, впитывала свет, льющийся из хрустальных ламп, рассматривала заставленные золотыми вазами и блюдами столы и шкафы.

Повсюду виднелись символы Единоверы, а также вышитые или же нарисованные портреты Единобога. Нет, не этому учил дядя Никлас, проведший остаток жизни в тишине Волчьего Дома, утешая плачущих, играя с детишками, просиживая единственные штаны в трактире моего отца, где паства с удовольствием слушала рассказы о странствиях по чудесным землям!

Здесь все, все было неправильно. А еще – тревожно. Тетушка Чарити перед самым выходом отозвала меня в сторонку, затем призналась, что в приходской школе, куда отправили Реми, пропадают дети.

Мальчики из приютов, которых опекало благотворительное общество. Я кивнула – да, помню, была на заседаниях попечительского комитета. Но…

– Как это – пропадают?!

– Трое сирот исчезли зимой этого года. Весной – еще трое, – вздохнула тетушка. Уголки губ опустились, лицо приняло скорбное выражение. – После лета мы не досчитались пятерых. Но, Лайне, была война, затем эпидемия. Вполне вероятно, что они…

Не договорила.

– Тетушка, как такое возможно?! Почему об этом еще не знают городские власти?"

"– Почему? – переспросила она.

 – Потому что попечители не видят повода для тревоги. Пропавшие дети выросли на улицах и привыкли бродяжничать. Они могли просто-напросто сбежать из приюта. До этого дня я была уверена, что так и случилось. Но теперь… Лайне, девочка моя, мне страшно! Мне кажется, что мы допустили ошибку. Вернее, проглядели ошибку у себя под носом.

Впервые за все время она показалась мне беззащитной и придавленной тяжестью своих лет.

– Молюсь, чтобы это оказалось лишь совпадением, – сказала тетя Чарити.

– Но ведь надо что-то делать! – воскликнула я.

Этар… Пусть Этар сложил полномочия, но я уверена, если обратиться к нему… С чем? У нас ведь ничего нет! Рассказ Реми и догадки тети Чарити, а еще – пропавшие дети, привыкшие жить на улице.

– На этой неделе новое заседание Попечительского Комитета, – произнесла тетушка, – и мы обсудим…

Обсуждать они любили, это я помнила. По дороге рассказала об услышанном магистрам, и мы решили, что будем держать уши востро.