Суженая

— Неужели это сможет поместиться внутрь меня? — спросила я, неосознанно желая как можно быстрее оказаться со сведенными снова вместе ногами. — Наверное, это очень больно.

Именно поэтому леди Джейн учила нас думать об империи во время супружеского долга. Это ведь не просто полежать рядом — это куда… серьёзней.

— Тебе будет очень хорошо, — пообещал Лиам, снова целуя меня так, что все страхи

{Да что там страхи — все остальные мысли} сразу вылетели у меня из головы.

— Чтобы не бояться, — произнес через какое — то время Лиам, когда наливал нам по бокалу терпкого вина, — чтобы совсем не бояться, я предлагаю тебе как следует изучить моё тело.

— Но ведь это…

— Это моё право как мужа, — строго заметил МакГрегор, тут же послушными ему всполохами тьмы отстраняя от меня тонкое полотно. — Сегодня мы будем понемногу знакомиться друг с другом телами.

Глава 18

Жена должна быть всегда послушна мужу, выполнять все его приказы и пожелания — и радоваться любой незначительно похвале — так когда — то учила меня леди Джейн, недовольно сверкая холодным голубым взором.

Ей, урождённой Дуэрти, казалось, претила даже сама мысль о том, что я могу войти в их род, став женой младшего сына графа. Не она ли посоветовала отцу Джорджа подстраховаться зельем, дабы избежать любых возможных неприятностей с моей стороны? Мне на мгновение стало невыносимо больно от осознания того, что приготовила для меня семья графа.

В одной из книг Арвелы описывалось зелье, которое мне, оказывается, много лет давали в замке. И… если бы всё пошло по плану графа, я бы навсегда осталась абсолютно бесчувственной — и до конца жизни была бы уверена что супружеский долг надо отдавать, думая об империи.

Открыв глаза, я перевернулась немного на бок — чтобы встретиться с внимательным — даже обеспокоенным — взглядом супруга.

— Доброе утро, — улыбнулся Лиам, потянувшись ко мне Нежный поцелуй его оказался достаточно долгим, чтобы напомнить: минувшая ночь не была плодом моего разыгравшегося воображения.

Проведя незаметно рукой, супруг откинул простынь, которой я пыталась целомудренно прикрыться — в сторону.

— Милая моя, — усмехнулся Лиам. — Помнишь. о чем мы договорились прошлой ночью: никакой фальшивой стыдливости между нами.

Да, только вот в свете яркого солнечного утра всё казалось… четче и реальнее.

Скользнув взглядом по смуглому, покрытому темными волосами, торсу Лиама, я окончательно смутилась.