Страсть на грани

Огненно-желтые, кроваво-красные и еще зеленые клены делали эту спираль разноцветной и веселой, как на картине неизвестного абстракциониста. У ее широкого конца желтела пашня поля, затем, ближе к завитку, появлялись дома элитного коттеджного поселка, виток становился все туже и захватывал строения самой усадьбы.

— Ты видишь? — спросил Олег у потрясенной Леры.

— Спираль Архимеда, — шепнула она, — завиток, построенный с соблюдением последовательности Фибоначчи. Дед, когда высаживал эти деревья, проследил, чтобы они росли именно так.

— Ага, — согласился Олег. — Вспоминай, что твоя бабушка говорила.

Перед смертью Иван Александрович все повторял: «Все спрятано у первого кролика». В последовательности Фибоначчи число один — это самое основание спирали, ее центр. Ты видишь, куда оно приходится?

— На маслодельню, — прошептала Лера. — На том месте, где основание спирали, сейчас стоит маслодельня. И это одно из первых строений, которые были здесь восстановлены. Еще при деде.

— Спускаемся, — скомандовал Олег, — только аккуратно! Не беги сломя голову. Клад от нас теперь уже никуда не денется.

— Подумать только, — осененная какой-то мыслью, спускающаяся с колокольни Лера вдруг резко остановилась, идущий следом Олег даже с размаху ткнул ее в спину.

 — Подумать только, Прошлогодний убил Марину как раз в маслодельне! Если бы только он в тот момент знал, как близко к разгадке находится! Как все просто! Всего-то и надо было — посмотреть на усадьбу и территорию вокруг нее с высоты птичьего полета.

— Не скажи, — серьезно сказал Олег. — В этом как раз и заключался замысел твоего дела. Увидеть все, как на карте, можно, только поднявшись на колокольню. А для этого ее нужно было восстановить.

Ведь спрятанные изразцы предназначаются как раз для церкви. Если бы их нашли раньше, их некуда бы было выкладывать. А так — вот она, церковь, стоит, родимая. Нет, твой дед был гений, как ни крути!

— Да и мы не оплошали! — вдруг счастливо рассмеялась Лера. — Загадку про кроликов разгадали, клад нашли, усадьба восстановлена, храм тоже, преступник побежден, а зло наказано. Вот какие мы молодцы!

— Я думаю, что в вас он никогда и не сомневался. Твой дед отлично знал цену своей семье и был уверен, что вы его не подведете.

Спустившись вниз по бесконечной лестнице, Золотов толкнул дверь, и они с Лерой снова оказались на земле, у входа в церковь. Отсюда узкая тропинка вела средь березовой аллеи прямиком в центр усадьбы Ланских, где лежал зарытый Иваном Рокотовым, но не забытый клад — уникальные плитки ценинника семнадцатого века Степана Иванова по прозвищу Полубес, его знаменитое, не повторенное никем «павлинье око».

* * *"

"Так или иначе, но все всегда меняется к лучшему. Просто иногда это происходит окольным путем — через худшее.