Стальные небеса

– Доброе утро, – дружно и любезно пропели фрейлины, склоняясь еще глубже. Дочери аристократов клана Бермонт и верных кланов, они должны были выполнять поручения Полины, стать ей наперсницами, вестницами и подругами. Их было двенадцать, но с дружбой пока не задалось: девушки, пусть и оказались исполнительными, излишней разговорчивостью не отличались, в присутствии госпожи держались чинно, тихо и напряженно, словно боялись, что за лишнее слово она их побьет. Иногда ей действительно хотелось кого-нибудь стукнуть. Чтобы расшевелить.

– Доброе утро, госпожа, – горничные и вовсе опустили головы чуть ли не до земли.

Прислуга здесь была поживее. Именно от них она узнавала новости о происходящем в замке и за его пределами, и с ними болтать было проще всего. Поля прекрасно помнила, как сама работала официанткой, и поэтому ближе всего себя чувствовала к простым девушкам.

А вот королевой, признаться, она себя совсем не чувствовала.

Вот и сейчас – воздела глаза к небу, ощущая веселую неловкость от церемониала, потрепала ладонью и так лохматую гриву волос с запутавшимися травинками и листьями, зевнула.

Свита с самыми серьезными лицами смотрела на нее.

– Доброе, доброе, – пробурчала она сонно, направляясь к ним. Потерла глаза, взяла из рук одной из девушек платье и, уже надевая его, увидела, что секретарь собирается зачитывать список дел. – Леди Мириам, постойте. Я сегодня отчетливо поняла, что пробуждение перед десятком зрителей меня не радует. Давайте-ка поутру мне просто будут приносить сюда одежду и воду. А вы будете ждать меня в гостиной моих покоев.

– Но госпожа, вам полагается сопровождение в соответствии с традициями и вашим статусом, – обеспокоенно проговорила секретарь.

В том, что касалось традиций, леди Мириам была почти фанатичной. – Вы супруга короля, по вашим поступкам судят и о нем.

– И желание просыпаться в одиночестве – это, конечно же, ужасное нарушение устоев, – засмеялась Полина.

– Простите, госпожа, – смиренно ответила берманка, – но одно к одному, одно к одному… Вы ведь сами просили помочь вам освоиться и стать здесь своей…"

"Полина, ополоснув лицо водой из кувшина, которую полила ей на руки одна из горничных, вновь вздохнула.

Она очень старалась быть достойной Демьяна, но в отсутствие мужа ей начало казаться, что все вокруг пытаются вылепить из нее кого-то другого. Кого-то удобного им, привычного, понятного. И она, однажды уже поверившая в добрые намерения людей, которые потом привлекли ее к воровскому бизнесу, теперь крайне скептично относилась ко всему, в чем ее пытались убедить.

Но сейчас Бермонт стал ее домом, и ей нужно было учиться жить в нем без опоры в виде Демьяна. И справляться с подобными проблемами самой.