Превосходство человека над роботами, или его недостаток, как раз в том, что у него есть и чувства, и мысли. Людям свойственны недостатки — леность, хитрость, карьеризм. Но есть и множество достоинств. Самая трудная в мире наука — познание людских помыслов и переживаний.
Си Ванбэй перевел взгляд на Цяо Гуанпу.
— Вы, директор, разбираетесь в сложнейших вопросах современной технологии и дела заводского управления решаете силой своего директорского авторитета, который, увы, бессилен, когда приходится сталкиваться со смежниками, людьми с других предприятий. Доверьте же это мне.
У Цяо Гуанпу на виске запульсировала жилка.
"— Если я допущу какую-нибудь оплошность, можете меня наказать, — продолжал Си Ванбэй. — Я приму это без обиды. И если в нашем обществе произойдут какие-нибудь перемены, я тоже встречу их с достоинством. Но перемены в обществе не происходят в один день. Можете смеяться над моей теорией, можете игнорировать мой опыт, но они помогают мне сейчас решать проблемы.
— Действуй! — решительно произнес Цяо Гуанпу. — Только помни: никакое дело нельзя начинать с барабанного боя и с трескучего теоретизирования.
Цяо Гуанпу попросил Тун Чжэнь вернуться в зал, а сам отправился на поиски Ши Ганя.
Тун Чжэнь проводила мужа сочувственным взглядом. Он, как всегда, выглядел бодрым и уверенным, но она знала, сколько душевной боли и смятения скрывается порой под этой невозмутимой внешностью. Цяо Гуанпу ни за что на свете не признался бы даже ей, своей любимой женщине, в беспомощности и разочарованиях. Да, есть люди, которые черпают силы в своей слепой гордыне и самоуверенности, а есть такие, как он, которые сильны благодаря чувству ответственности за все происходящее.
Си Ванбэй с улыбкой смотрел вслед удаляющемуся директору.
— Всякий раз, когда вы остаетесь один на один, я боюсь, что вы повздорите, — призналась Тун Чжэнь.
— Не повздорим, милая тетушка! — Си Ванбэй горячо взял ее за руку. — Наоборот, ты должна радоваться. Ныне Цяо Гуанпу — один из немногих хороших директоров у нас в стране.









