1
0Вернулась в машину, стала гуглить, что делать на случай аварии, просто это у меня первый раз. Там, вроде бы, каких-то комиссаров надо вызвать. А если второй участник дтп ограждение, тоже их вызвать?
Найти в сети ничего не успела. Рубенской стал названивать. Почему-то даже через телефон я видела, что он беситься, сжимает кулаки и вена на лбу вздувается. Надо ему подсказать, чтобы проверил своё давление, это ненормально так реагировать. К чему это я? Ах да! Авария.
Выхода из положения я не видела, полчаса прошли зря. Самым дельным советом было позвонить сто двенадцать, но мне мешал бывший муж, который звонил, слал гневные смс и, вообще, бесил. Настолько, что я рявкнула в трубку:
— Что?
— Идиотка!!! — заорал телефон голосом Михаила, а я оглохла на оба уха. — Ты цела? Где ты?
— Все в порядке, не ори, — взгляд упал на бутылку коньяка, я потянулась за ней, но опомнилась, так и НС недолго получить. Хотя, наверно, оно итак у меня будет, пила я вчера, промилле ещё остались скорее всего.
— Алиса, назови немедленно адрес!
— Чего пристал? — я была сама любезность.
— Я приеду, решу все.
— Тоже мне решала нашёлся, — огрызнулась я, выжимая подол майки на коврик. — Успокойся и смирись, что ошибся.
— Дура чокнутая! Где ты сейчас?
— Черт его знает, где-то на набережной… — я стянула кеды с ног, потому что они безбожно промокли и только холодили ноги.
— Сиди тихо.
А мне хотелось громко, с песнями и плясками, можно было бы ещё и с дракой. Но это на свадьбе принято, а на похоронах только угнетение, пусть и хоронят не человека, а чувства.
Когда бывший муж приехал я не заметила, потому что сидела на песке с бутылкой коньяка. Дождь стекал по полностью промокшей мне, но я взирала на ситуацию с беспристрастностью Эраста Фандорина, что садится за карточный стол."
"— Что ты натворила? — Михаил взбудораженный и нервный встал рядом, надменно глядя сверху вниз. Меня это выбесило и я поднялась на ноги. Песок противно прилип везде.
— Разбила машину, — философский тон довёл мужчину быстрее, чем самая позорная истерика и он взорвался.
— Ты понимаешь сколько стоит эта машина? — он развернул меня лицом к себе и встряхнул. Коварный коньяк выплеснулся на его футболку. От частоты потряхиваений меня стало мутить, но чтобы сказать об этом, мне надо было перебить Рубенского, но куда там, проще позвоночник динозавру перебить, чем остановить нотацию разгневанного бывшего. — Ты отупляешь, что тебя прав лишат, ты пьяная в хлам!
Вестибулярный аппарат с детства у меня был не ахти. На всех горках меня мутило, при подъёме на высоту я паниковала, да даже на каблуках временами дезориентировалась. И сейчас случилось то, что я держала в себе с младенчества, справляясь с головокружением. Я блеванула. Прямо на мужчину.
