1
0
Данте поднимает бокал, подносит его к губам, я внимательно наблюдаю за происходящим, и мне это не нравится. А потом смотрю на кровавую лужу под своими ногами, к которой уже спешит официант с тряпкой.
— Простите, я случайно, — виновато оправдываюсь я перед Мироном, который допивает свой напиток и недовольно косится на меня, замечая мою нелепую неосторожность. Его это не радует. Да и вообще он бледнеет прямо на моих глазах. Внезапно из его горла вырывается странный хрип. Сначала он хватается за шею, потом хватается за меня. Я цепенею от ужаса, когда всматриваюсь в лицо главного. Он что, пытается меня задушить? Из-за того, что я совершенно случайно разбила бокал и замарала дорогой мраморный пол в обеденном зале?
Старый чёрт сильнее сжимает мои плечи, хрипит, зеленеет за считанные секунды, становится похожим на живой труп. В глазах его, пустых, лишённых жизни, смерть танцует, вынося мерзавцу суровый приговор. Я дрожу от ужаса, задыхаюсь в мучительном страхе, не знаю, что делать! Отталкиваю Мирона от себя, а он падает передо мной на колени, хрипит, хлопает ртом как рыба, брошенная на сушу, будто у него в глотке кусок кости застрял, который мешает сделать бандиту глубокий вдох.
Боже! Что происходит?! Голова кругом, в ушах давит гул. Зал оживает. Просторная праздничная комната наполняется истошными воплями в тот миг, когда изо рта Мирона фонтаном брызжет кровь. С примесью пены.
Я не верю в происходящее… Это сон, да? Адский кошмар?! Глупый розыгрыш?
— Рокси! Нет!
Дальше всё происходит будто в тумане. Данте бросается в сторону Роксаны, выбивает бокал из её рук, что-то кричит во всё горло, призывая охрану, вопит имя отца, зовёт и меня тоже. Шатаясь как на волнах, я перевожу взгляд обратно на Мирона. Кричу! Верещу с такой силой, что надрываю голосовые связки. Из глаз и рта Мирона, стоящего на коленях, вытекают тонкие струйки крови, а он всё хрипит и хрипит… нечеловеческими воплями, отчаянно раздирает ногтями горло до ран, будто пытается избавиться от инородного предмета, застрявшего внутри трахеи. Никто не может помочь предводителю. Мирон обречён. С глухим стуком он падает мёртвым мешком на пол, испуская последний вздох и последний нечеловеческий стон боли."
"Кто-то кричит. Женщина. И не одна. От кошмарных воплей разрывает барабанные перепонки. Я вовремя оседаю на полу, забираюсь под стол и ползу навстречу Данте. Секунда. В торжественном зале начинается адская стрельба из боевых пистолетов.
Глава 19
Я задыхаюсь в немом крике и ползу прямо по осколкам стекла, которые впиваются в ладони и в колени, рвут платье. Вопли, стоны, взрывы — смесь безумия не прекращается ни на миг. Я молюсь, рыдаю, дрожу в нервной лихорадке, но отчаянно продолжаю прятаться под столом, двигаться в ту сторону, где видела Данте.
