11
0И всё тут же должно было закончиться миром, потому что армия не может воевать с мирным населением из опасения угодить под скорый на расправу военно-полевой суд. Но не в этом случае.
Потому что солдат, отпрыгнув на шаг, выстрелил. В грудь человека с ружьем. Тот отшатнулся и упал. Мертвым. И удивленным.
Все опешили. Никто такого поворота не ожидал!
Вооруженные кто чем мужчины стояли в растерянности, не зная, что делать дальше. Нападать они не могли, а отступать было поздно.
Подоспевшие на шум солдаты быстро переглянулись, разом вскинули винтовки и открыли огонь на поражение. Пули ударили в людей, пробивая тела насквозь, расщепляя кости и раскалывая головы. Через минуту всё было кончено. Агонизирующие трупы корчились на земле. Солдаты мгновенно превратились в хорошо организованных бандитов. Они понимали, что случилось, и знали, что делать дальше.
— Туда! — показал один из военных на крыльцо дома. Теперь отступать было поздно.
Солдаты ворвались в дом. Заголосили, завизжали женщины и дети, застучали редкие выстрелы.
И наступила мёртвая тишина…
Но тут в соседних дворах тоже раздались выстрелы. А где-то громыхнула граната. И ещё страшно, отчаянно закричали женщины, которых солдаты, перед тем как застрелить, использовали по назначению. Солдаты они всегда одинаковы, всегда озабочены… А терять им было уже нечего.
Расправа длилась минут пять. Вскоре солдаты собрались на дороге, построились, пошли к поджидавшим их машинам. И уехали…
Как водится, зачистить всех не удалось. Всегда кто-то умудряется выжить. Как и теперь. Кто-то успел убежать в поле, кто-то спрятался в сарае, кто-то был лишь ранен, но его приняли за убитого. Выжившие рассказали, как всё было. Как солдаты вошли в деревню, как начали стрелять и насиловать женщин и девочек, а потом, натешившись, убили и их.
Конечно, было назначено расследование, которое ничего не дало. Уцелевшие жертвы, перед которыми строили солдат из разных родов войск и показывали шевроны и нашивки, не могли ничего вспомнить. Проверка расположенных рядом воинских частей тоже ни к чему не привела — никаких передвижений личного состава в ту ночь зафиксировано не было. Все солдаты пребывали в казармах. След автомобильных колёс вывел на асфальт, где оборвался. Колонну никто не видел.
Высокое начальство открещивалось от происшествия, доказывая, что в их ведомстве стихийное передвижение подразделений скрыть невозможно, так как каждый выход личного состава с территории части, равно как выезд автотранспорта, фиксируется. В связи с этим была высказана версия, что расправу творили не солдаты регулярной армии, а переодетые в форму боевики.
