3
0
– Вы не слышали, что сказала Ауэрсберг? – шикнула она ему в ухо. – Молчите.
Снейдер, не веря своим глазам, смотрел на ее живот и искал рану.
Сабина подняла с пола пассатижи и перекусила кабельную стяжку. Уже намного расторопнее и ловчее, чем до этого.
– В магазине были холостые патроны. Учебные боеприпасы для тренировок в академии, – прошептала она. – Я надеялась, что Ауэрсберг воспользуется шансом и попытается отобрать у меня оружие. – Она вытерла кровь с губы, которая, казалось, распухла в два раза.
– Вы сумасшедшая, – прохрипел Снейдер.
– У вас научилась.
Снейдер потер себе запястья.
– Но зачем этот фарс?
Сабина вытащила телефон из кармана брюк.
– Я записала разговор. У нас есть признание Ауэрсберг на пленке.
– Вы действительно проанализировали почерк Ауэрсберг?
– Нет, конечно.
На долю секунды Сабина заметила уважение во взгляде Снейдера.
– Вы очень хитро все устроили, но был ли риск оправдан?
– Для раскрытия убийства все средства хороши, – повторила она его слова.
– Правильно. – Он поднялся с ящика и помассировал себе ноги. Но в следующий момент осел, и Сабине пришлось поддержать его.
– А я уже удивился, почему вы так легко позволили отобрать у себя оружие."
"– Я все ждала, когда же Ауэрсберг наконец нападет на меня. Она была в отчаянии и просто должна была это сделать.
Снейдер кивнул.
– Что бы вы сделали, выстрели она сразу, без разговоров?
– Тогда бы мы обвинили ее в покушении на убийство.
– Хитро, Белочка.
Сабина посмотрела в сторону лестницы. Сверху доносилось шуршание пленки.
– Что она задумала?
– Угадайте с трех раз. Она должна попытаться избавиться от вашего трупа.
При слове «труп» Сабина невольно подумала об Эрике. Она опустила плечи.
– Эрик умер сегодня вечером.
Снейдер заскрипел зубами, но ничего не сказал. В следующий момент снаружи перед домом раздались звуки полицейской сирены. Через секунду в подвал спустилась Ауэрсберг, клацая каблуками.
Снейдер, шатаясь, пересек комнату, оперся о винный стеллаж и нагнулся за кочергой.
– Мартен, у нас гости. К сожалению, я должна тебя… – Ауэрсберг застыла, как громом пораженная, и не веря своим глазам уставилась на Сабину.
– Извини, моя дорогая, – сказал Снейдер.
Ауэрсберг повернула голову, и Снейдер ударил ее кочергой по голове.
Через полчаса Сабина стояла с пледом и в желтом дождевике на дорожке перед домом Ауэрсберг и пила из крышки термоса. Чай согревал ее, но был мерзким на вкус, словно горячую воду пропустили через солому. Дождь капал на ее пластиковую кожу, и мороз, как ящерица, полз вверх по ногам.
Перед домом стояли три патрульные машины с включенными мигалками. Полицейские оцепили территорию и освещали ее фарами.
