3
0
– Приятный экскурс в историю французской лингвистики, но напрашивается резонный вопрос: почему у Дубко с вашим акцентом проблем нет? Ведь, насколько я понимаю, они выходцы из одной и той же провинции?
– Неверное представление. – Елена Петровна стала еще серьезнее. – Дубко и Павленко, кем бы они ни представлялись по вашей секретной легенде, к которой мне не дали доступа, в настоящее время проживают в одной и той же области Франции. Рождены же они совершенно в разных местах. Нужно лучше готовить домашнее задание, товарищ майор!
– Данный вопрос мне изучать не требовалось, так как это не моя легенда. – Семенов рассердился, он не привык, чтобы его отчитывали женщины. – Это было вашим домашним заданием, и вы с ним справились. Теперь просветили и командира. Пусть с опозданием, но все же сделали так, как положено. Итак, что нам делать с акцентом Павленко? Есть конструктивные предложения?
– Сколько у меня времени? – Елена Петровна предпочла проглотить выговор, полученный от майора. – Какими временными ресурсами я располагаю?
– Боюсь, у вас не больше суток, – ответил майор. – В лучшем случае – три дня.
– Тогда это невозможно. Либо меняйте легенду, либо исключайте Павленко из команды. Он прав: с тем состоянием речи, в котором она сейчас находится, провал вам обеспечен.
– Разве обязательно рассказывать всем о своем происхождении? – Майор попытался найти выход.
– Павел Андреевич, – Елена Петровна впервые обратилась к майору по имени-отчеству, что только сильнее подчеркнуло серьезность ее слов, – я готовлю стажеров на этой базе уже не первый год. Я знаю, для чего вас готовят, и кто будет проверять ваши легенды. Позвольте говорить открытым текстом: если Юрий Павленко привлечет внимание зарубежных разведывательных служб, его легенда проверку не пройдет. Любой мало-мальски подкованный лингвист обнаружит нестыковку, и тогда они начнут копать глубже. Решать не мне, но предупредить я обязана: отправляя Павленко на задание с этой легендой и отсутствием соответствующих навыков французской разговорной речи определенного диалекта, вы обрекаете его на провал. А может, даже на смерть.
После этой фразы в кабинете повисла тишина. Капитан Павленко совсем поник. Он стоял и думал о своей семье, о жене Маринке, о не рожденном еще ребенке. «Ведь я могу его не увидеть. Я могу даже не узнать, кто у меня родился, девчонка или пацан. Из-за проклятого акцента моя семья потеряет кормильца. Глупо! Как же все это глупо».
Майор Семенов о Павленко не думал, он, как завороженный, смотрел на лицо профессорши. Задумчивый взгляд глубоких синих глаз завораживал. Он будто тянул за собой в бездну, поглощая пространство вокруг. «Какая же она красавица, – мысли, одна за другой, крутились вокруг Елены Петровны.
