Случайная вакансия

 — И потом, Мэри, в отличие от Барри, никогда не интересовалась проблемами Филдса.

Но для Колина понимание любви сводилось к безраздельной верности, к безграничному терпению; Мэри очень низко пала в его глазах.

IX

— Куда это мы собираемся? — спросил Саймон из тесной прихожей.

Входная дверь была открыта, и застеклённое крыльцо, набитое верхней одеждой и обувью, отражало слепящие лучи утреннего воскресного солнца, превращая Саймона в тёмный силуэт. Тень его подрагивала на ступеньках, едва касаясь той, на которой замер Эндрю.

— В город, с Пупсом.

— Уроки сделал?

— Да.

Это была ложь, но Саймон никогда не проверял.

— Рут? Рут!

Мать в переднике, с белыми от муки руками выскочила из кухни.

— Что?

— Нам из города что-нибудь нужно?

— Из города? Вроде нет.

— Небось, мой велосипед возьмёшь? — не отставал Саймон.

— Ну да, я собирался…

— У Пупса его оставить?

— Ага.

— К которому часу ему быть дома? — спросил Саймон, поворачиваясь к Рут.

— Откуда я знаю, Сай, — нетерпеливо проговорила Рут.

Самое большое раздражение муж вызывал у неё в тех случаях, когда на ровном месте начинал их всех строить — просто так.

Эндрю и Пупс часто ездили в город; подразумевалось, что Эндрю должен вернуться до темноты.

— Тогда к пяти, — наобум решил Саймон. — Опоздаешь — урою.

— Понял, — ответил Эндрю."

"Засунутая в карман куртки правая рука сжимала плотный комок бумаги, как гранату с выдернутой чекой. Всю неделю он боялся потерять этот листок, на котором был каллиграфически выведен код, а под ним — несколько предложений с многочисленными поправками. Эндрю не расставался с ним круглые сутки, даже по ночам прятал в наволочку. Сейчас он испугался, как бы Саймон не заставил его вывернуть карманы на предмет курева.

— Ну пока тогда.

Саймон не ответил. Эндрю прошёл в гараж, там вытащил из кармана записку, расправил и стал читать. Он понимал, что это бессмысленно, что от близости Саймона бумажка не могла мистически стать другой, но на всякий случай проверил. Убедившись, что всё в порядке, он опять сложил её в несколько раз, спрятал поглубже, застегнул карман на кнопку и вывел гоночный велосипед из гаража, а потом по дорожке в переулок. Отец как пить дать смотрел через стекло ему в спину, надеясь, что Эндрю либо упадёт, либо как-то не так обойдётся с велосипедом.

Внизу под холодными лучами весеннего солнца раскинулся Пэгфорд, подёрнутый лёгкой дымкой; в воздухе пахло пряной свежестью. Эндрю преодолел тот рубеж, за которым Саймон его уже не мог видеть, и почувствовал необыкновенную лёгкость, как будто сбросил непосильную ношу.

Он ворвался в Пэгфорд, ни разу не нажав на тормоза, и свернул на Чёрч-роу. Примерно на середине улицы он сбросил скорость и чинно въехал на дорожку перед домом Уоллов, стараясь не задеть машину Кабби.