1
0И я постарался о ней забыть…
Забыть Арнелий старался так, что его папаша, узнав об очередной выходке сыночка (тот то ли посла дружественной страны догола раздел и на мороз пустил, то ли отколол еще что-то в этом роде), подавился горячительным да и скончался. Как нарочно, ни одного медика рядом не случилось, даже обычного, не говоря уж о маге, а пока за ними сбегали, стало уже поздно. Арнелий получил корону, после чего заметно остепенился, загулы прекратил и превратился в примерного семьянина.
– А еще через четыре года Ференца Лагарсту разжаловали из офицеров, осудили на пожизненную ссылку в его имении и лишили титула, – проговорил Арнелий.
– Что он все-таки натворил? – негромко поинтересовалась я.
– Темная и грязная история, – махнул рукой Арнелий. – Он соблазнил девушку, дочь одного из своих приятелей, ей было лет пятнадцать, по-моему. Ну и бросил, естественно, как только выяснилось, что она ждет ребенка. Ума не приложу, как он собирался выкручиваться? Может быть, надеялся, что она промолчит? Одним словом, девушка наложила на себя руки, однако оставила записку, в которой обвиняла Лагарсту в случившемся.
Я только покачала головой. Как жаль, что меня в то время не было в этих краях! Увы, я переселилась сюда только лет десять назад, когда дед заявил, что уже не справляется со своими обязанностями, а потому мой долг, как его ученицы и наследницы, принять пост судебного мага, и поспособствовал моему приглашению в Арастен.
– И его осудили на основании таких шатких доказательств? – спросила я. – Мало ли что взбрело в голову той девице! Записка… сама ли она ее писала?"
"– Примерно то же самое сказал мне ваш многоуважаемый дедушка, госпожа Нарен, – усмехнулся Арнелий, – когда узнал о произошедшем. Он был в бешенстве, должен сказать… Увы, когда все вскрылось, на проведение расследования времени не оставалось, сослуживцы Ференца просто взбесились, требовали немедленного суда, а господин Нарен, как нарочно, оказался в отъезде. Взбунтовавшаяся гвардия мне была ни к чему, на тот момент у нас хватало иных проблем. – Арнелий посмотрел на меня, уловил, видимо, тень сомнения в моем взгляде и добавил: – Не поймите меня превратно, госпожа Нарен. Я не стремился избавиться от Ференца. Он был отличным офицером, я его ценил, а подчиненные его любили. То, что он женился на Мажее, ничего не меняло. Соперником он мне не был, и мстить ему подобным образом я бы не стал, да еще по прошествии нескольких лет.
Я вздохнула. Что ж, я склонна была поверить Арнелию. Он, скорее, мог вызвать Лагарсту на дуэль и продырявить при десятке свидетелей, но сделал бы это сразу – по молодости Арнелий был горяч. А вот мелкая мстительность ему несвойственна, готова заявить со всей ответственностью.
