Sindroma unicuma. Книга 2.

И Мелёшин был частью этого скопища. Возможно, орава родственников, собравшихся в столовой, будет пристально разглядывать меня, наводя лорнеты, и обсуждать в полный голос, обсасывая найденные изъяны и недостатки. От нерадостной перспективы ноги почему-то начали тормозить, а настроение - портиться.

- И сколько этажей в королевстве? - спросила я недовольно. - Запросто можно заблудиться.

- Два, - сказал Мэл, распахивая широкую дверь и пропуская вперед. - Проходи.

На всякий случай я задрала подбородок, чтобы с достоинством вплыть в неизвестность. Первыми на глаза попались две люстры, каждая в виде стопки криво испеченных блинов, и множество мелких светильников вокруг.

Взгляд проехал вниз по металлизированным серым стенам с бронзовыми вкраплениями и остановился на столе, за которым сидели Севолод и темноволосый парень примерно одного возраста с Мелёшиным. Иных лиц, пожелавших устроить ажиотаж ради знакомства со мной, не наблюдалось.

Мэл потянул меня к овальному столу с расставленными вокруг стульями из плетеной металлической сетки. Наверное, на них неудобно и больно сидеть. Неужто людям нравится издеваться над собой во славу модного дизайна?"

"Мелёшин думал иначе, потому что отодвинул передо мной стул и посмотрел вопросительно.

Усевшись с осторожностью, я поелозила на сиденье. Как ни странно, конструкция оказалась удобной и комфортной.

Незнакомый парень, развалившись на своем месте, с большим вниманием наблюдал за рассаживанием. Получилось так, что он сидел напротив меня на краю стола. Севолод помешивал ложечкой в чашке.

- Поздновато для завтрака, - заметил и посоветовал мне: - Налегайте на питательную пищу, богатую жирами и белками.

- Хорошо, - кивнула я и уставилась в скатерть.

Стол был сервирован по высшему разряду - столовые приборы, хрусталь и фарфор. Передо мной стояла расписная чашка с полупрозрачными тонкими стенками.

- Поздравляю, - протянул парень глухим голосом с хрипотцой, обращаясь к Мелёшину. - Хотя разочарован. Рассчитывал посмотреть, как тебя выведут в наручниках, захлебывающегося слезами раскаяния. Получилось бы зрелищно, родственничек.

- Я тебе не родственничек, - отрезал Мэл.

- Егор! - осадил непонятно почему Севолод, нахмурившись.

- Удивительное невезение, - продолжил парень.

- Тебе снова удалось выкрутиться, не мытьем, так катаньем.

Вместо ответа Мелёшин начал намазывать на булочку сливочное масло. Опустив глаза, я следила за движениями ножа, порхающего над масленкой.

- Стало быть, ты уговорил девушку не подавать жалобу, - не унимался парень. - Интересно, сколько раз пришлось упрашивать: два или три? Как обычно: в кровати, в душе и на столе?

- Заткнись, - процедил Мэл, отвлекшись от процесса намазывания.

- Вадим, Егор! - одернул Севолод, повысив голос. - Следите за языками.