Sindroma unicuma. Книга 2.

Или, например, перемкнет матричную сетку символов, заложенную при формовке изделия, и каша получится с добавлением веществ, вызывающих отек легких, удушье и смерть.

Ничего себе безобидный горшочек! Никогда не куплю самодельные раритеты, - решила я на будущее."

"Своим пояснением Альрик подарил еще один бонус к продаже фляжки. Я вспомнила, как он рассказывал на дополнительном занятии, что изготовленные в лабораториях и на заводах раритеты в обязательном порядке тестируют на лучших стендах, и производители отвечают своей репутацией за безопасность при использовании. Очевидно, устав от мычания, мужчина решил, что с меня как с козла не взять молока, и что по незнанию я провалю успешную продажу баклажки, поэтому поспешил помочь иносказательно в надежде, что сделка еще не загублена.

Спасибо, возьму на заметку, - бросила я благодарный взгляд.

- Неплохо, Папена, - заключил профессор, постукивая пальцами по столу. - Ваш ответ тянет на троечку.

Я решила, что ослышалась. За невразумительное кваканье жалко ставить даже двойку.

Беспомощно обернувшись, я увидела, что перо в кулаке Мэла согнулось дугой, а сам он, не мигая, смотрит на профессора, и, как показалось, с зеленым блеском в глазах.

Он уже подумал, - оглянулась с отчаянием в его сторону. Мэл не сводил глаз с мужчины, а перо исчезло между сжатыми пальцами.

- Задам последний вопрос, - сказал Альрик, метнув быстрый взгляд в левый угол аудитории. Пропади он пропадом со своей неприязнью! Ведь обещал не провоцировать Мелёшина.

- Несмотря на риск приобретения некачественного раритета, подпольное производство находит своего покупателя.

- Потому что дешевле, чем лицензионные вещи? - спросила я неуверенно.

- Не обязательно, - возразил мужчина. - Улучшенные вещи пользуются спросом, если авторство принадлежит мастеру с незапятнанным именем. Некоторые клейма анонимов легко узнаваемы и стали своеобразными торговыми марками.

Ага, например, черный трезубец, при упоминании о котором на лице Алесса не дрогнул ни один мускул. Так что профессору не грозят широкая известность и почитание.

- Что ж, вы дотянули до четверки, - сказал Альрик, выводя ""хорошо"" в ведомости напротив моей фамилии.

Я уставилась на него ошалело.

- Это какая-то ошибка, - пробормотала, заикаясь.

Слева что-то шлепнулось и гулко покатилось по полу, а затем грубо слепленный серебристый блинчик затормозил о мой сапог и упал на бок. В неровностях лепешки угадывались контуры пера, склеенного чудовищной деформаций.