4
0"
"Я стиснула зубы еще сильнее, рискуя вывихнуть челюсти. Не надо поддаваться на провокации. Сейчас как-то отреагировать - это слабость. Просто нужно держать лицо. Они выиграли битву, а война впереди. Только они еще не знают об этом.
Звонить Самойлову из суда не стала, ехать к нему тоже смысла не было. Я добралась до офиса и заварила себе чай на травах. Нужно успокоиться и придумать, как быть дальше.
Допив чай, несколько раз глубоко вдохнула и резко выдохнула. Как не пытайся отсрочить неизбежное, неприятный разговор не избежать.
Самойлов ответил на звонок почти сразу:
- Слушаю.
- Илья Константинович, это Кондратьева. Суд принял решение не в Вашу пользу.
Голос собеседника посуровел:
- То есть как это?:
- Филин представил заключение, согласно которому Нырков был признан невменяемым. Договор купли-продажи объявлен недействительным.
- Вы понимаете, что Вы натворили? - градус нашего разговора стал стремительно повышаться, - Если Вы ни черта не смыслите, в том, чем занимаетесь, то нужно сидеть дома и борщ мужу варить. Мне Вас порекомендовали как высококлассного специалиста, а Вы - безмозглая кукла, ни на что не способная.
- Послушайте, кто дал Вам право меня оскорблять?
- Это не оскорбления, это констатация фактов. Вы просрали дело на несколько миллионов. Хотите знать чему будут равны мои убытки? И кто мне их будет возмещать? Может Вы?
- Вам бы успокоиться для начала. Да, я проиграла в суде первой инстанции, - выговорить мне это было тяжело, - Но это не значит, что решение суда нельзя отменить. Грамотно составленная апелляция...
Меня перебил издевательский смех Самойлова:
- Вы серьезно думаете, что я доверю Вам обжалование решения суда? Я похож на идиота? Таким, как Вы, надо в миниюбках щеголять, а не лезть туда, где делаются серьезные дела.
- Но... - договорить Самойлов мне не дал, бросив трубку.
Я положила телефон на край стола, подошла к столу и невидящим взглядом стала смотреть на улицу. От слов Самойлова, да и от всей ситуации, было до крайности обидно. Ведь я же не дурочка, сколько бы они все не пытались меня убедить в этом. Если бы все было сделано честно, то судья бы не смог принять сегодня никакое решение, имея на руках взаимоисключающие документы. Но кого это интересует? Я проиграла, и реабилитироваться мне не дадут.
Легко ли пережить горечь поражения? И сколько сил для этого надо? Это, если поражение одно, а что делать, если удары сыпятся один за другим? Проигрыш дела Самойлова был только началом. Дальше от моих услуг отказались все юридические лица, с которыми я работала. На это ушло около недели. За ними пришел черед и для физиков*. Этим понадобилось еще около двух недель. Люди звонили, требовали деньги назад. Тем, для которых я ничего не успела сделать, деньги я возвращала.
