Шпилькой по хамству

— Нет, очень красивое, — я снисходительно улыбнулась. — На тебе моя футболка, — заметил удивленно.

Вот же, черт, и правда.

— В ней удобно спать, — произнесла будничным тоном.

— Я так и подумал.

— Что-то случилось? Лёне плохо? — жадно напившись минералки мечтала добраться до кроватки и поспать еще пару часов.

— Нет, он в полном порядке. Андрей действительно передал информацию о нападении?

С улицы доносились детские визги и я поморщилась от пульсирующей боли.

— Нет, конечно, — улыбнулась уголком губы. Потерев виски, еще раз прокляла алкоголь.

Яр посмотрел на меня взволновано:

— Ты догадалась?

— О том, что ТЫ дал Лёне в челюсть? Конечно, — было приятно ощущать чувство превосходства. — Я только не поняла зачем.

— Если я скажу, ты решишь, что я псих.

— А если не скажешь, то я придумаю причину сама, — прижалась к прохладной стене спиной.

— Я не знал, как тебя забрать из клуба. Все эти взгляды и подкаты. Еще этот Хорек с танцем… — Смирнов зло пыхтел не поднимая на меня взгляд.

И это взрослый человек…Меня разобрал смех, я не могла остановиться.

Веселье болью отразилось в висках, я старалась успокоиться:

— И как Лёня согласился? Вы же взрослые, местами умные люди…

— Нуууу, мужская дружба, — про то, что был обещан кий Смирнов промолчал.

— Спасибо за воду и лекарство, не хочу показаться невежливой, но я бы хотела еще поспать.

— Да, конечно, — Яр быстро поднялся на ноги, — не провожай, — услышала из коридора хлопок закрывающейся двери."

"Плотно зашторив окна, забралась обратно в кровать, и начала проваливаться в сон. В голове мелькали образы и сцены сегодняшнего утра и вчерашней ночи.

Головная боль отступила. Сознание медленно уплывало и я вместе с ним в мир абсурдных сновидений: Лёня с двумя загипсованными руками танцуют с Ингой вальс, вокруг них снуют официанты с коктейлями, Андрей пытается отбиться от собаки, которая ухватила его за штанину джинс и противно потявкивает. Я же, полулежа на диване, расслабленно наблюдаю за ними и в этот момент, опора начинает уходить из под спины, мягко проваливаюсь в объятия Смирнова. Не отталкиваю и не отстраняюсь, а устраиваюсь удобнее и теснее прижимаюсь щекой к горячей груди, это же сон… Улавливаю знакомый запах парфюма, втягиваю носом и слышу мягкий шепот над ухом:

— Я люблю тебя, Нимфа.

— И я тебя люблю, — отвечаю не задумываясь.

Какой реальный сон…

Стоп! Во сне нельзя чувствовать запахи!

Приоткрываю один глаз, нет, мне не показалось. Мой нос утыкается в мужскую грудь, поднимая взгляд вдоль шеи вверх к лицу и упираюсь в довольное лицо Смирнова:

— Я услышал все, что хотел.