7
0
Глава 1879
Дорога к горам заняла у Хаджара несколько дней, в течении которых ему пришлось выслушивать стенания Хельмера на тему, что стоило, все же кого-нибудь прибить. И если не в целях устрашения, то для успокоения собственной души.
Генерал старался не слушать демона, благо за века, проведенные на тропе, ведущей от Страны Севера до Страны Бессмертных в этом Хаджар успел преуспеть.
На редких привалах, когда приходилось переждать непогоду или заняться приготовлением пищи из скудных припасов, купленных в соседней с городом деревни за деньги, вырученные с представления в трактире, Хаджар, в основном занимался музыкой.
Его пальцы бегали по струнам Ронг’Жа и в этом он находил для себя успокоение. Сродни медитации, но не направленной на то, чтобы познать новые мистерии или углубить понимание сути меча.
Нет, теперь Хаджар играл и терялся в музыке для самого себя. Его пальцы извлекали только те мелодии, что он хотел сам, не заботясь о том, насколько это полезно или как далеко продвинет его в той или иной стезе. Можно было смело заявить, что за эти три с половиной дня Хаджар, впервые после нескончаемых тренировок, не занимался развитием.
Он даже остановил симуляции в нейросети, чего не происходило и вовсе впервые за пол тысячи лет. Но генерал не переживал.
Наоборот. Он ощутил такую легкость, о существовании которой даже и не знал. Легкость и покой.
Но все когда-то заканчивается — закончилось и его небольшое путешествие.
Когда на долину опустилась ночь, то стоявшие стражами вокруг неё скалы поднялись высокими массивами, отбрасывая тени, делающие темноту внизу лишь плотнее и гуще.
Горы, образуя естественную природную преграду, запечатлели на своих изрезанных лицах следы не только времени, но и рук мастера. От их подножия до клыкастых вершин виднелась череда высеченных ступеней, каждая из которых была глубоко врезана в каменную породу. Своеобразная лестница, истертая за бесчисленные сезоны ветров и дождей, таила в себе загадочное свечение.
Свет исходил изнутри каждой ступени, мягко стелился по склонам и пологам, а затем водопадом падал вниз, контрастируя с бурлящей ночной мглой своим нежным, безмятежным сиянием.
— И почему я не удивлен, что ты здесь, Хаджи, не один, — и с этими словами Хельмер, щелкнув пальцами, исчез.
Генерал же, покачав головой, тоже не сильно удивился тому факту, что у подножья собралась группа людей. Четыре человека. Трое мужчин и одна женщина. Все молодые, не больше двадцати пяти лет самому старшему из них.
У первого, не самого высокого и крепкого, но с невероятно натруженными пальцами, через плечо была перекинута тугой моток веревки, несколько железных кольев и пара сумок, закрепленных на поясе.
