Семь дней до Мегиддо

Что одни Измененные поубивали других.

– Слух? – поразилась Дарина.

Я глянул на колыхающиеся за стеклами зонты, напряженные лица.

– Да. Очень хорошо пущенный слух. Прежние умеют нами управлять. У них было время научиться.

Наверняка в этой толпе были не только люди, взбудораженные историей про массовое убийство. Там были и слуги – те самые, почти как люди, только гибкие, словно марионетки. Они-то наверняка и заводили людей. Врать они умели – я помнил, как убедительно говорила с нами женщина-администратор в клинике.

– Хорошо, что приехали полицейские, – сказал я.

– Боюсь, это только начало. – Деда Боря подошел к нам. Пистолет был заткнут у него за ремень. – Вряд ли они сами начнут штурм.

Я посмотрел на четырех полицейских. Конечно, если те примутся палить в толпу…

Нет, не примутся. К такому их не готовили. Это не террористы, не бандиты. Это взбудораженная толпа, полная женщин и детей.

Почему Гнездо их не отгоняет?

Я мысленно потянулся, позвал – и с большим трудом услышал рокочущий гул. Гнездо работало. Отпугивало людей, создавало дискомфорт, вот только сейчас это не помогало. Ему было не до меня.

А ведь помимо людей и слуг есть еще и монстры.

– Я говорил с Инсеком, – сказал я.

– Снова? – поразилась Милана.

Я решил не уточнять, каким именно образом мы общались.

– Да. Народ… всё очень сложно. Инсеки и Прежние сцепились за стратега. Они не могут его отдать. Я попросил возвратный мутаген, но Инсек сказал, что это ничего не изменит. Анна все равно останется потенциальным стратегом, а правило о неприкосновенности людей на нее уже не будет распространяться.

– Ох уж неприкосновенность, – вздохнула Елена. – А забрать ее?

– Пока не могут. Патовая ситуация. Прежние и сами не рады, но они не верят друг другу.

Деда Боря кивнул. Спросил:

– Ну есть хоть что-то обнадеживающее?

– Да. Мне кажется, Инсек не может говорить прямо. Но он намекнул. Сказал, что у них с Прежними нет вариантов. Но добавил: «Всё давно так близко, как только возможно».

Дарина нахмурилась:

– И что это значит?

– У меня только одна догадка, – сказал я. – Может, я снова ошибаюсь… но… Я думаю, что та, третья сила, которая следит за происходящим… Я думаю, что ее наблюдатель может быть среди нас.

Елена рассмеялась и тут же замолчала. Деда Боря хмурился. Василий внимательно смотрел на меня. Виталий Антонович глянул на Милану. Милана развела руками. Наська, отжимающая мокрые волосы, застыла, восхищенно глядя на меня.

– Кто? – спросила Дарина.

И мне стало не по себе. Всё-таки обычно, когда мы не наедине, Дарина говорит очень спокойно, без эмоций. А сейчас у нее такая надежда в голосе появилась! Стало ясно, насколько же она испугана и растеряна.

– Не знаю, Дарина… Может быть, кто-то хочет что-то сказать?

– Я! – с энтузиазмом воскликнула Наська.