Мы не твои

Она говорит, что некрасивая, но я-то знаю какая она красавица! Чувствую! Она прекрасна внутри, и хороша снаружи. Пусть я не вижу ее глазами, я вижу сердцем!

Вернее, видел. Теперь все. Ее нет.

Но я обязан ее вернуть. Если она ждет ребенка — я обязан!

Помогать, быть рядом, дать малышу свое имя, заботится о нем и о ней, о моей Надежде.

Я должен сделать все, чтобы она простила меня и вернулась! Все!

Достаю телефон, отдаю команду набрать номер.

— Там? Ты мне нужен. Срочно! Надо разыскать Надю. Я знаю, что она уехала! Я говорю, что надо ее разыскать! — ору, как сумасшедший! Понимаю, что так нельзя, дышу тяжело, — Прости брат. Это на самом деле важно. Надя, она… Она ждет ребенка от меня…

* * *(Прим. автора) Для тех, кто читал или читает книгу ""Я не твоя"" — события в книге ""Мы не твои"" сейчас с Надей происходят примерно через год после расставания Тамерлана и Зои — через некоторое время после возвращения Тама и Ильяса с Кипра.

* * *НАДЕЖДА

— Надюш, может, ты мне объяснишь все-таки, что случилось?

— Извините, Товий Сергеевич, я ведь все уже объяснила? Хочу вернуться домой.

— Домой. Ясно. — высокий, огромный как медведь мужчина в медицинской форме и халате встает с кресла, обходит стол, становится напротив меня. — Ясно, что ничего не ясно, Надежда, мой компас земной. Давай, рассказывай, что у тебя произошло с Умаровым?

Меня бросает в краску, потому что доктор, которого в отделении и в клинике за глаза зовут Громозека, как героя известного мультфильма, попал прямо в точку.

Произошло. С Умаровым. С пациентом, сиделкой и глазами которого я была целый год.

— Товий Сергеевич…

— Надь, ну что ты так официально-то? Сколько раз говорил, не чужие же люди? Мы с твоим отцом были как братья, а ты…Давай-ка садись, выложишь все начистоту, и мы решим проблему, да?

Он говорит так просто, по-доброму, что сразу хочется плакать. И все рассказать.

Но я не могу.

Как я скажу, что влюбилась в пациента? Пренебрегла своим профессиональным долгом?

— Я просто устала. Вы же знаете характер Ильяса? С ним сложно…

— Сложно? Мне казалось, вы нашли общий язык, разве нет? Когда я осматривал его в последний раз, то…

— Мне тоже казалось, но…

— У вас что-то было?

— Нет! — отвечаю так быстро и резко, что дяде Товию, конечно, все понятно.

— Так… Ну, на правах, так сказать, твоего… опекуна что ли, я должен, наверное, поехать к нему и потребовать сатисфакции?

— Что?

— Я устроил к нему на работу маленькую, насколько я понимаю невинную девочку, ну, ну, не смущайся, я врач, мне можно. А этот… мажор что устроил?

— Я сама…

— Что? Ты? Сама? Ты мне то не рассказывай! Эх… воробушек ты мой, воробушек… Я позвоню Тамерлану и поговорю с ним.

— Нет! — на этот раз говорю твердо. — Пожалуйста, нет…

— Надюша…

— Я прошу. Я все равно уеду. И мне от него ничего не надо. Совсем.