Сборник циклов

Но из рассказов Егора он о них знал и даже хотел бы попробовать – тот очень сильно нахваливал маринованные оливки с микроскопическими огурчиками и грибы. Бортмеханик космической птицы о еде готов был говорить подолгу – чревоугодие он уважал. Тим помнил из его слов, что рыбные консервы, как правило, к деликатесам не относились – простецкая еда людей с небес. Ее употребляли, когда выходили на природу из душных каменных городов, или когда не было под рукой ничего другого, или когда надо было быстро обеспечить хоть какой-нибудь закуской процесс распития крепких спиртных напитков.

Слушать про банки, плотно набитые расчлененными тушками, было интересно. Сколько же труда и изобретательности проявляли небесные люди ради того, чтобы иметь возможность поедать несвежие продукты без высокого риска отравления. Странные они – не проще ли сразу съесть то, что поймал, покуда свежее?"

"Во время плавания к берегам Империи Тим узнал и о другой стороне вопроса – каково быть несчастной рыбой, запаянной в металлическую банку. Нет, он не попал в такую банку, но ситуация была очень похожая. Пузатый купеческий парусник, носивший дурацкое название «Афилиотис», был суденышком не особо впечатляющим – поменьше «Клио».

Простой двухмачтовик – таких немало снует между Анией и странами, в которых с удовольствием покупают анийское зерно. Перевозки осуществляли в сезоны благоприятных ветров, иначе неповоротливые посудины плелись по несколько месяцев, а грузу это на пользу не шло – корабли кишели армиями прожорливых крыс, да и вода частенько в трюмы просачивалась. Зерновозы не относились к классу очень уж дорогих судов – кораблестроители на них экономили беззастенчиво. И это оправданные меры: сверхприбылей в этом деле не дождешься – вот и приходится трястись над каждым медяком.

В этом рейсе «Афилиотис» шел без зерна. Те жалкие крупицы, что завалялись в щелях с прошлого раза, давно подъели крысы. Теперь трюмы были набиты людьми – солдат на корабле было, пожалуй, даже больше, чем крыс. Людей, амуниции, провианта и лошадей с фуражом нагрузили столько, что судно опасно осело. Достаточно слабого намека на шторм, чтобы палубу начало заливать волнами.

Проклиная командиров, превративших «Афилиотис» в банку с человеческими консервами, Тим всю дорогу молился небесам, уговаривая погоду не портиться.

Одно кораблекрушение он уже пережил – этого вполне достаточно.

Тиму еще повезло – их группа расположилась в кладовой, отдельно от остальной солдатни. Правда, приходилось эти удобства отрабатывать – приглядывать за лошадьми офицеров, запертыми в душном трюме. Животным крайне не нравились морские перевозки, и товарищи быстро оценили талант юного степняка – он мгновенно находил общий язык со строптивыми скакунами.