Сборник циклов

– Сомневаюсь я, что его тут убьют. Если у них с местным кланом трения, не стал бы он к ним идти.

– Горцы вроде бы не слишком уважают тех нурийцев, что живут на равнине?

– Это у них взаимно. Но тотальной вражды нет – обычные межклановые стычки. Да и дела ведут друг с другом охотно. Но вот браки между собой заключают очень редко. Хотя если итто – то друг за дружку горой. Смотрите – вон и Одон возвращается, а с ним и его ребята.

– Сейчас узнаем, где он столько пропадал.

* * *– Они сказали, что будут говорить только с тобой, человеком из Столицы. Мне ничего не скажут.

Тиамат, встрепенувшись при последних словах Одона, насторожился:

– Откуда они вообще узнали, что в нашем отряде есть люди из Столицы?

– Горцы знают все. Это внизу, на равнине, они беспомощны как молочные поросята, но здесь, в своих скалах, они сильны. Они знают, сколько людей в отряде, знают, что мы здесь провели несколько дней. Они знают о нас почти все. Наверное, кто-то из людей префекта предупредил. Или сами нас выследили.

– Странно… почему тогда не нападали? – протянул Сеул."

"– Ничего странного – не по зубам мы им, – уверенно заявил Тиамат.

 – Полусотня егерей – это серьезная сила. В поединке один на один горец егеря убьет – бесспорно. Но двадцать егерей убьют сорок горцев. А пятьдесят егерей справятся с двухсотенной толпой этих дикарей. Личная доблесть у них на высоте, а вот действовать сообща они неспособны. Не станут они нападать. Да и не в их это интересах. У нас обычай прост – если егерь убит из засады, мы долго и тщательно трясем все окрестные селения. И всегда что-нибудь находим. И два-три трупа обязательно оставим. Но если они нас не трогают, мы лишний раз не зверствуем, да и не копаем слишком дотошно. Как бы молчаливый уговор. А вот если из префектуры, городские вояки в горы выбираются, тут совсем другое дело – на них настоящая охота начинается. Вот потому стражники егерей недолюбливают – там, где егерь пройдет, не замочив ног, стражник префекта по брови в дерьмо уйдет.

– У нас в межстенье есть уголки, где все так же, – усмехнулся Дербитто. – Я пройду, руки в карманах держа, а вот у префекта там если и пройдут люди, то их должно при этом быть не меньше десятка.

– Ладно, – подытожил Сеул. – Значит, говорить они хотят со мной. Хорошо, поговорим.

– Да, – кивнул Тиамат. – Спустимся отрядом вниз – и поговорим.

– Нет, так не пойдет, – возразил Одон. – Их мужчины сказали, что ты должен пойти один. Говорить будут с тобой. И никто больше не должен заходить в селение.

– Да его там зарежут, – зловеще-уверенно предположил Тиамат.

– Сомневаюсь… – Сеул покачал головой. – Слишком сложная интрига ради одного-единственного трупа столичного дознавателя. Надо идти.