Я многих убила. На своем пути я сею лишь смерть – ваша деревня одна из немногих, где я этого не сделала. Поступила наоборот. Если за стенами твоего дома меня ожидают вооруженные люди, они умрут. Если это те, это меня преследуют, то это их выбор – они знают, зачем идут, и за что умирают. Но если это будут твои крестьяне, то они умрут глупо. Им не следует вставать на моем пути – я им не враг, и не добыча.
Староста неспешно долил в свою кружку, спокойно ответил:
– Уважаемая Реда, вам не стоит беспокоиться – за стенами этого дома вас никто не караулит. Пока вы у меня, вы моя гостья – мой дом для вас крепость, а я ваш защитник.
– Странно… меня везде встречает одно и то же – слишком тонкие стены. Ваши дома построены не из деревьев, а жалких жердей. Их вилами проткнуть можно. Лишь храмы и некоторые старые дома можно увидеть возведенными из бревен… настоящих бревен."
"– Ничего здесь удивительного нет, госпожа Реда. Уже давно леса принадлежат аристократии и церкви. Там охотятся дворяне, у их управителей нам приходится закупать древесину.
– Понимаю, – кивнула девушка, протягивая старосте опустевшую кружку. – Неприятные последствия мирного договора с зайцами… лес превыше всего, и бесхозных деревьев теперь не бывает. А вы совсем не похожи на крестьянина. Крестьяне так не говорят. И еще – крестьяне прячут глаза. Вы не прячете.
Итари, наполнив ее кружку чаем, неохотно пояснил:
– Тем не менее я простой крестьянин.
– Вот как? И при этом вам потребовалась я для обработки семенного зерна?
– Уважаемая Реда – ваши слова лишний раз выдают вашу неопытность в вопросах имперского магического обучения. У меня… был брат.
Мы родились с ним вместе. Близнецы. У крестьян много детей умирает в младенчестве, но нам повезло – мы выжили.
Брат много болел – его это едва не доконало. А потом его боднул бык в спину. Едва выходили после этого.









