2
0Ну же, отвечай!
— Ты издеваешься? — прошипела я, с трудом сдерживаясь.
— Нет.
— И что я должна сказать?
— Поверь мне, твой отец все скажет сам, — хмыкнула дама, взбивая рукой начес. — Весьма своеобразный алар.
— Нисколько не сомневаюсь, особенно после того, что я узнала о его дочери. Но я понятия не имею, как это все работает.
— Нажми на рубиновую розочку в центре ручки. Самую большую. И поторопись. Твой отец не любит, когда его задерживают.
— А ты?
Я беспомощно взглянула на фею, продолжая удерживать зеркальце как можно дальше от себя.
— Тут побуду, — присаживаясь напротив, заявила фея и закинула ногу на ногу.
"«Даже не буду уточнять, какие у неё тут еще дела».
— Ладно, — пробормотала я, возвращаясь в кресло.
Наспех одной рукой пригладила волосы, пару раз глубоко вздохнула и нажала на розочку на ручке.
«Господи, спаси и помоги», — только и успела подумать я.
Зеркальце вновь покрылось рябью, потемнело, а потом на нем или в нём появилось чужое лицо.
Длинное скуластое лицо, темные брови, тонкий нос и губы, которые сейчас были упрямо поджаты.
Сразу видно, мужчина обожал командовать и не терпел чужого мнения. Особенно если оно разительно отличалось от его собственного.
Удивительно, он был и красив, и некрасив одновременно. Про таких говорят: притягательная внешность, от которой так сложно отвезти взгляд.
— Что так долго, Катриэль? — недовольно произнёс элв.
Голос у него был тихий, но в то же время властный. Настоящий высокомерный аристократ, привыкший считать себя лучше всех.
— Я только пришла. Меня Эшфорт допрашивал, — пробормотала я, стараясь не таращиться на нового отца.
Всё никак не могла понять: похожи мы или нет?
Губы алара Орэйо скривились, делая его лицо более некрасивым и даже уродливым.
— Как ты позволила этому случиться?
«Как будто у меня был выбор».
— Этого больше не повторится, — уклончиво отозвалась я.
— Я недоволен. Неужели ты забыла, кто ты?
— Нет, но…
— Ты обязана была напомнить этому бастарду его место, Катриэль.
«Опять бастард. Для таких снобов происхождение Эшфорта как бельмо на глазу. Теперь понятно, отчего они с Катриэль терпеть друг друга не могли».
— Хорошо, — покорно закивала в ответ.
А у самой сердце сжималось от страха.
«Если алар поймет, что я не Катриэль, если почует замену? Он же отец и должен как никто знать свою дочь».
— Я разговаривал с Артэо.
Кивок. На большее я не решилась.
— Он сказал, что, пока ведется расследование, тебя не выпустит из академии.
Еще один кивок.
— Ну ничего.
