5
0
Вместо ответа Шпилька устало прикрыла глаза, решив подремать хоть пять минут. И тут же вынуждена была их открыть.
— Подъём! — орал над ухом Гуддини. — Вставай, страна огромная!
— Сам вставай, — на автомате огрызнулась Шпилька, поворачиваясь на бок, и тут же вскочила, вспомнив, где находится."
"— Всё, выступаем, — уже тише добавил Гуддини. — План такой — одеваем скафандры и чешем на пост видеонаблюдения. Там всех гасим. Потом в оружейку за пушками. Обвешиваемся, как Рэмбо, и прямым ходом на ферму. Змеёнышей в расход, наших вооружаем и даём дёру.
— Гениальный план, — скептически прокомментировала Шпилька. — Мы точно выживем?
— Как повезёт, — безмятежно откликнулся знахарь. — Кстати, знакомься, это Стоун.
Шпилька посмотрела налево. На операционном столе, свесив ноги и обмотав бёдра простынёй, сидел клокстоппер.
— Привет. Я Арту… — улыбнувшись, сказал он и тут же поправился. — То есть, Стоун.
— Свежак? — удивилась Шпилька.
— Пятый день в Улье, — ответил за него Гуддини. — Не повезло парню — на третий день его взяли и почти сразу определили под нож. Только-только Дар проявиться успел…
— Я думаю, это из-за того, что я клокстоппер, — немного смутившись, добавил Стоун.
— Это очень хороший боевой Дар. А долго держать таких иммунных змеёныши не рискуют, — пояснил Гуддини. — Вот и отправляют вивисекторам вне очереди даже свежаков.
— Да я секунды три всего могу продержаться, — отмахнулся Стоун и покосился на Шпильку. — Хотя тебе вроде хватило, да?
— На этих мне и одной хватит, — угрюмо заявила Шпилька, поднимаясь, и покосилась на сложенные в дальнем углу тела.
Скафандры оставались только на паре вивисекторов, остальных Стоун с Гуддини уже успели раздеть до исподнего.
— Милости прошу, костюмчик готов, — повёл рукой знахарь, указывая на освобождённые от внешников скафандры. — Даме белый, среди хирургов женщин много. А чтоб за охрану сойти, тебе срочно надо подрасти до женского богатырского…
— Мне и с женским усреднённым неплохо, — не согласилась Шпилька и принялась натягивать белый скафандр.
Изнутри он был запачкан засохшей кровью, причём довольно сильно. Пришлось стиснуть зубы и напомнить себе, что кровь — намного лучше дерьма, в котором она была по уши измазана после полигона. Гуддини помог ей водрузить на голову шлем, щёлкнул застёжками.
— Без понятия, как эта штука герметизируется, но нам оно без разницы. Если надышим спорами в чистой зоне — нам же лучше. Устроим змеёнышам внутреннее переопыление, пусть поурчат.
Стоун на секунду замер, держа шлем в руках, посмотрел на знахаря и кровожадно ухмыльнулся.
— Контейнер возьми, — посоветовал Гуддини, засовывая в кобуру пистолет. — Больше будешь на вивисектора похожа.
Шпилька подхватила приготовленный для органов контейнер.
