7
0Как и ее личная парикмахерша — она обходится мне в двести франков еженедельно, господи боже мой! Парикмахерша доложила, что сегодня утром Анита упаковывала вещи, так что нам надо только ждать «зеленого света». Как только мы узнаем, что она выехала, вы вылетаете в Женеву, где вас встретит Бауманн. Он обо всем позаботится. Он толковый мужик. Я же буду пытаться следовать за Анитой по шоссе. У нее «астон-мартин», так что я легко могу ее потерять. Да и водит она как сумасшедшая. В любом случае вы с Бауманном будете ждать ее в Валлорбе. Мы дважды теряли ее на дороге Лозанна — Монтре. На этот раз в нашем распоряжении пара толковых парней на скоростных тачках, которые будут «вести» ее между Лозанной и Вевеем. Если мы потеряем ее и на этот раз, мне хана. Шэ Бэ платит хорошо, но не держит в своей команде неудачников.
Кейд не отвечал. Он мечтал о двойном виски со льдом. Предстоящая работа его совершенно не интересовала. Это было дело Шермана — все подготовить. Он, Кейд, был готов щелкнуть фотокамерой, но не собирался делать ни малейшего усилия, чтобы получить снимки.
Шерман покосился на него.
— Слушай, приятель, не корчи из себя будду. Я все знаю про тебя. Ты, конечно, умеешь щелкать затвором, но тебе придется делать не только это. Мы работаем в одной упряжке. И не воображай, что мы будем горбатиться, а ты будешь изображать примадонну, ждущую выхода. Ни фига подобного.
Кейд посмотрел на него, поерзал, удобнее устраиваясь на сиденье.
— Заткнись, — сказал он и закрыл глаза.
Шерман замолчал и молчал до тех пор, пока машина не притормозила у дешевого отельчика на улице Вожирар.
— Сними тут номер и забрось в него вещички, — сказал Шерман. — Я подожду. Я хочу встретиться с консьержкой Аниты. Можешь поехать со мной.
Но Кейд выбрался из машины и закинул сумку на плечо.
— Ты можешь встречаться с кем хочешь, — сказал он. — А у меня другие планы.
И он вошел в здание отеля.
Шерман поколебался, потом пожал плечами и уехал.
Кейд провел вечер, валяясь на кровати с бутылкой скотча в руке и номером «Нью-Йорк Геральд Трибьюн» под боком. Около девяти вечера он сходил в бистро через дорогу и поужинал, вернулся в свой номер.
В былые счастливые дни он часто бывал в Париже. Он любил этот город. Но в нынешнем состоянии ему нужны были только одиночество и выпивка.
В 23.15 или чуть позже, когда Кейд уже засыпал, зазвенел стоящий у изголовья постели телефон.
Звонил Шерман.
— Она уезжает завтра, — сказал он. — Я купил тебе билет до Женевы. Самолет отлетает в 9.14. Я заеду за тобой в 8.00. В Женеве тебя встретит Бауманн.
Кейд проворчал что-то неопределенное — в том смысле, что понял, и повесил трубку. Какое-то время он тупо смотрел в потолок, затем мысленно пожал плечами и выключил свет.
