Реки не замерзают

Леший, пощипывая себя за

ухо, висел прямо над ней.

— Ну, что, потешилась

ноздря поросячья? — брезгливо спросил он. — Теперь мой черед, сгинь из-под

руки.

Баба тяжело вздохнула,

прильнула напоследок к металлической крыше, потом резко от нее оттолкнулась и,

взмыв вверх, взгромоздилась на спину к лешему. Тот пошатнулся  в воздухе,

скрипнул зубами, но сдержал равновесие и взялся делать пассы руками в сторону

автомобиля. Вокруг заклубилось туманное облако, оно становилось все гуще и гуще

и наконец совсем поглотило в себе черное блестящее тело «BMB»…

Пинцет едва-едва начал

приходить в себя, когда вдруг что-то случилось с дорогой. Сначала резко

потемнело, так что дороги вовсе не стало видно, потом появился свет, но

какой-то неестественно-рассеянный и словно неживой. За окнами исчезли деревья,

поле,  да и вообще все исчезло: машина сейчас двигалась по какому-то пестрому

искусственному ковру, в зеленых, голубых и коричневых разводах. Мелькали

какие-то странные, смутно знакомые слова, написанные прямо на поверхности

ковра: Киров… Березняки… Серов… Тобольск… Туруханск…

— Смотри, змейка голубая

вьется, — с глупой ухмылкой прошлепал губами Мурзила, — а над ней написано

«Нижняя Тунгуска». Это речка такая. Я в атласе видел.

— Какой атлас? Что за

хренотень? — чувствуя, что теряет рассудок, выдавил из себя Пинцет.

— Атлас по географии, я у

брата моего видел, — еще шире растянулся в улыбке Мурзила. — Мы, кажется,

сейчас по этому атласу и едем.

— Что-о-о? — прохрипел

Пинцет, а в следующее мгновение чудовищной силы удар вытряхнул их обоих из

автомобиля наружу и уложил в глубокий голубой мох…

Первым поднялся на ноги

Мурзила. Он осмотрелся, ошалело поглядел на родной «BMB»,

намертво застрявший меж двух огромных древесных стволов; на глухо смыкающиеся

высоко вверху кроны деревьев, так что небо сквозь них едва-едва просматривалось

и тихо по-собачьи заскулил.

— Где дорога? — спросил

только что поднявший голову со мхов Пинцет. — Где эта хренова дорога?

Дороги не было и быть не

могло. Вокруг расстилалась глухая первозданная тайга, и до места падения

Тунгусского метеорита оставалось всего-то каких-нибудь сто верст…

* * *"

"До города леший дотянул уже

с трудом, баба настолько потяжелела, что даже четырем табунам скакунов нести ее

стало не по силам. «Это ж надо так перебрать гадости человеческой? — глухо

ворчал леший. — А в них-то самих сколь дрянца этого вмещается? Силы лесные! Вот

тебе и худое слабосильное племя!» Когда внизу промелькнули корпуса двух

технических лицеев, леший наконец сдался.

— Все, садимся, мочи нет, —

прохрипел он, — далее пешим ходом.