Радость пирата

— Господа, о чем разговор! Мисс Уайком всего лишь полуграмотная повитуха! — с брезгливой миной воскликнул Копели. — Не станете же вы утверждать, что она разбирается в фармацевтике лучше специалиста.

— Сейчас не время спорить, доктор, — веско заметил Майлз. — В наших обстоятельствах все средства хороши.

Копели только пожал плечами:

— Тогда пусть она и лечит больного. Не хотелось бы говорить, сэр, но в ухудшении состояния вашего друга виновата именно мисс Уайком.

Майлз пристально посмотрел доктору в глаза, пытаясь понять, правду ли тот говорит. Возможно, доктор Копели прав. После извлечения пули Тернер, по идее, должен был чувствовать себя лучше, а между тем дело обстояло совсем наоборот.

— Вы полагаете, что она что-то сделала не так? — спросил Кросс.

Копели воодушевился. Пробный шар попал точно в лузу.

— А сами вы как считаете? Ни один жизненно важный орган не поврежден. Если бы операция была проведена как положено, он бы пошел на поправку. По-видимому, мисс Уайком занесла в рану инфекцию или плохо прочистила ее.

— Но яд…

— Кто вам наболтал про яд? Что вообще может знать акушерка об огнестрельных ранениях?

Спорить с этим утверждением было трудно. Майлз начал всерьез задумываться о том, не совершил ли он ужасную ошибку, доверив Тернера деревенской девчонке. Доктор Копели давал ему прекрасный повод для недоверия к самозванке, и это могло бы помочь Майлзу в борьбе против растущей симпатии к синеглазой красавице. Впрочем, капитан Кросс был достаточно здравомыслящим человеком, чтобы не исключить и другой возможности: этот неприятный, если не сказать больше, доктор мог просто лгать, спасая свою шкуру.

В отличие от Майлза Оги не допускал предвзятости в отношении девушки. Он был искренне убежден в том, что она сделала все, что могла.

— Скажите, — спросил Макарди, — если мисс Уайком такая неумеха, то почему все люди в окрестности зовут ее не иначе, как доктор Уайком?

— Потому что им не доводилось знать лучшего, сэр, — с готовностью парировал Копели. — Отец девчонки был едва ли лучшим врачом, чем она, и с тех пор как он умер, не так, кстати, давно, она приняла его практику. Скажу по секрету, — добавил Копели, понизив голос до шепота, — дело скорее не в ее медицинских талантах, а кое в чем другом, в чем она уж точно крупный специалист. Надеюсь, вы меня правильно поняли, господа.

Мужчины, разумеется, поняли намек, и если Макарди побагровел от злости, то Майлз покраснел, а отчего — и сам не знал.

— Вы можете доказать свои слова? — холодно спросил капитан.

— Я знаю, о чем говорю, поскольку знаком с ней, как бы поаккуратнее выразиться, довольно близко.

— Да как вы смеете! — Макарди шагнул к доктору, и тот в страхе попятился.