Промышленникъ

Непрерывно обогащаясь новым опытом и ссадинами (ползти по лесному ковру в одних трусах-боксерах как-то еще не доводилось) и старательно игнорируя шалых от радости комаров, слетевшихся на нежданный пир чуть ли не со всего озера, отставной ротмистр по большой дуге добрался до интересующего его места. Осторожно раздвинул ветки, горько сожалея о своей неосмотрительности, аккуратно приподнял голову…

«Твою мать! Коровы сельские!!!»

Внимание и намерения, в которых он так и не смог разобраться, исходили от двух барышень довольно юного возраста. Или не очень юного – все-таки затруднительно определить оный, когда предмет интереса находится лицом к озеру, а «кормой» к кустам.

Корзинка с чем-то съедобным, расстеленное в тени от дерева покрывало, рядом с которым лежали туфли, на отдельной тряпочке – аккуратные стопочки верхней одежды и зонтики. Еще рядом с корзинкой обнаружились два небрежно брошенных на травяной ковер лакированных ящика переносных мольбертов – девицы оказались художницами. Время от времени юные дарования о чем-то жарко перешептывались, сближая свои головы, и дергали ножками, отгоняя комаров, отчего тончайшие сорочки довольно откровенно обтягивали женские фигурки. Особенно же хорошо они делали это в районе ягодиц – впрочем, барышни даже и не думали отвлекаться от своего занятия на такие мелочи.

«М-да. Похоже, я медленно, но верно становлюсь конченым параноиком. Был бы в руках «Кнут», так не постеснялся бы причесать эти кустики парой-тройкой очередей, а потом думал бы, куда девать получившийся результат».

Поймав себя на том, что уже подобрал сразу три подходящих варианта, в которых любительницы обнаженной мужской натуры бесследно исчезали, Александр неожиданно почувствовал, как уходит напряжение.

А вместе с ним – и остатки хорошего настроения.

«Кем я стал?.. Вместо того чтобы просто поинтересоваться, кто же на меня смотрит, устроил вначале заплыв, затем забег и на полном серьезе обдумываю, что бы я сделал с телами в случае чего».

Он полежал ничком, успокаиваясь, а затем еще раз окинул своим многоопытным взглядом довольно костлявые прелести. Окинул и досадливо поморщился. Ох уж эти провинциальные дворянки!.. Чистый воздух, свежие продукты, обилие солнца, великое множество свободного времени и минимум житейских забот – и все равно выглядят, как некоторые фотомодели из его прошлой жизни.

Как-то сама собой вспомнилась Наталья, вместе с которой он совсем недавно «обновлял» кровать (а также кресло, персидский ковер и подоконник) в своей питерской квартире. Вот уж ни разу не благородных кровей, но фигурка такая, что хоть сейчас в музей. И табличку навесить – народное достояние!

«А все же, пожалуй, я несколько погорячился. На коров они никак не тянут, не те стати. Самое большее – на коз.