Приглашение к драконам, или Попаданка по контракту

Я заговорил простейшее заклинание, усиленное звуками древнего языка, который давно никто не изучает.

Древние слова силы начали жечь мой язык. То была сила древних драконов — первородных.

Кухонное помещение наполнилось приятным, тёплым, терпким, но при этом медовым запахом. Древние мощные слова, которые я применял для бытовой магии (да простят меня великие первородные за такое кощунство!), покатились с моего языка как детали сложного механизма, находя цель для восстановления в разрушенной комнате.

Магия срывалась с моих губ, пальцев и искрящимся волшебством на глазах преображала кухню, словно кто-то невидимый взял кисть и мазками перекрашивал помещение.

Крошки и глыбы, отлетевшие от стен и потолка, возвращались на место. Плесень, мох – всё исчезало на глазах. Старая печь сложилась по кирпичику и предстала перед нами новым сооружением — чистым, довольно симпатичным и готовым к своему прямому назначению.

Стены, пол, потолок, косяки, углы, двери, окна – всё стало новым, чистым, идеальным и, не могу не заметить этого, красивым.

Посуда из груды металлолома превратилась в сияющий и стройный ряд новеньких котелков, кастрюль, сковородок, сотейников и прочего. Она разлетелась и с весёлым звоном и металлическим бряцаньем заняла свои места на вновь появившихся полочках, в шкафчиках, на столе, в комоде..."

"Магия каждый предмет вернула туда, где было у него своё место на кухне.

С пола поднялись истлевшие занавески на деревянном карнизе и моментально превратились в прежнюю обновлённую красоту.

Стёкла на окнах заблестели чистотой, исчезли трещины и сколы.

По каменному полу волной пробежала магия, удаляя с него прошедшее время, которое истёрло художественную мозаику и превратило его в исцарапанное и зашарканное нечто.

Кухня преобразилась. Полностью.

Но осталась только одна деталь, которую я не стал трогать и уничтожать — молодое дерево Зари.

Помещение наполнилось ярким радужным светом освобождённой силы.

Древняя магия. Власть совершить что угодно. Верно, что эту древность уже никто не изучает и ей не обучает. Слишком опасно, попади эти древние слова не тем магам.

Первородные знали, что делали, когда уничтожали этот язык.

Но мой дар таков, что даже забытое и мёртвое я могу с лёгкостью вспомнить. Кровь первородных, несущая в себе древние знания, крайне редко пробуждается в драконах. Ещё реже, когда эти знания осмысленно вспоминаются. Но у меня дар – помнить то, что знали первородные. Мой дар и моё проклятие. И только император посвящён в мою тайну. Узнай кто-то другой об этом – и меня уничтожат. Но не император. Он дал мне магическую клятву и защиту даже от самого себя.

Когда я закончил, небрежно отряхнул руки о брюки и усмехнулся, наблюдая поражённое выражение на лице Регины.