8
0Нам с тобой платят за работу, а не за то, чтобы мы занимались… не работой. Так что я пойду, ещё много дел.
Даже не оглянувшись, он в несколько шагов пересёк комнату и был таков, оставив после себя только запах одеколона. Стойкий какой, зараза!
— Сволочь! — процедила сквозь зубы я. — Играет со мной как с котёнком…
Уже поздний вечер. Я позволила себе оставить на сегодня служебные обязанности и отправилась в свои апартаменты, чтобы засесть в душ, смыть с себя позор и вдоволь нарыдаться.
Вика.
Дверь с грохотом распахнулась. Я тут же подскочила на кровати как ошпаренная и уставилась огромными глазами на вошедшего. Это был Егор, который просто-таки влетел в комнату и остановился напротив меня, поставив руки в боки и широко расставив ноги.
— Вставай, — приказал он довольно грубо.
— Что случилось? — спросила я, непроизвольно начиная сжиматься в ком под его колким взглядом.
— Ты мне ещё вопросы будешь задавать? Сказал — подъём, значит, встала и пошла. Живо!
Не дожидаясь, когда я всё же поднимусь с кровати, он крепкой рукой вцепился в моё предплечье, будто краб, и заставил принять вертикальное положение.
— Да в чем дело?! Что ты меня хватаешь? — возмутилась я, пытаясь вырвать руку, которую Егор даже и не думал отпускать.
— Я же тебе говорил, что ты будешь наказана — вот и я пришел наказывать. Не заставляй меня повторять дважды, — с этими словами Волк начал выпихивать меня в дверь.
— Я никуда не пойду! — я сопротивлялась, как могла, цеплялась свободной рукой за кровать, дверь, за всё, до чего удавалось дотянуться.
Устав со мной бороться, Волк многозначительно вздохнул и просто схватил меня за ноги, перекинул через плечо и потащил, словно неандерталец свою добычу в пещеру. Всю дорогу я громко возмущалась и лупила по спине Егора кулаками, но мужчина-скала будто бы не замечал этого вовсе.
Наш путь закончился в тёмном маленьком помещении, похожем на подвал или карцер. Войдя внутрь, Волк скинул меня с плеча, и я кулем свалилась на жёсткую лавку, являвшуюся единственным предметом мебели в данной комнате.
Я тут же в страхе отползла в самый конец лавки, чувствуя спиной стену — дальше бежать некуда.
В помещении довольно холодно и неуютно. Тусклая лампочка, отсутствие обоев и напольного покрытия придавало комнате вид бетонной коробки, бетонной тюрьмы.
Нависнув надо мной, и насупив брови, Егор сказал:
— Раздевайся.
— Ч-что?.. — еле двигала я языком от захватившего сознание ужаса.
— Что слышала — снимай одежду, — приказным тоном ответил он, недобро и совершенно по-волчьи сверкнув глазами.
Я в полном шоке так и продолжила сидеть в углу, глядя на него безумными глазами и сотрясаясь так, что лавка, на которой я сидела, со стуком билась о бетонную стену.
