1
0
И правда, такая дикая банальность, что я смеюсь. Мой муж закрутил роман с личной помощницей, которую взял на работу около года назад.
Милая, старательная и очень вежливая девочка.
Она и меня не раз выручала. Всегда была на подхвате. Она девочек иногда забирала со школы, бежала по мелким поручениям. Например, забрать вещи из химчистки. Дождаться курьера или найти хорошего мастера, который починит компьютер наших дочек.
Очаровательная и исполнительная крошка.
Одевается скромно, никогда не повышает голос и всегда обращалась на “вы”. Ко мне и Роману.
С девочками очень сдружилась, и у них даже появились свои девичьи секретики.
Я бы уверена в Романе на все сто процентов, поэтому и подумать не могла, что он наскочит на Наташу.
Он же не такой. Не банальный похотливый мужик, который решит просрать семью из-за физического мимолетного удовольствия.
— Слушай, Лер, — Роман вновь делает бесшумный и осторожный шаг ко мне. — Я с ней порвать решил, а она мне про беременность сказала. Порвать и уволить.
— Я не хочу знать подробностей…
Под новой волной тошноты меня покачивает, и я опираюсь слабой рукой о край стола. Поднимаю мутный взгляд на Романа.
Пятнадцать лет брака."
"Хорошего и крепкого брака. Да, не без трудностей, но наш брак был для многих примером того, как мужчина и женщина должны строить семью.
— Лер, — Роман берет меня за ладонь и мягко ее сжимает. — Ты ведь у меня умная женщина…
Вырываю руку, замахиваюсь для пощечины, но Роман успевает среагировать на мою вспышку агрессии.
Перехватывает мою руку за запястье. Глаза становятся темные-темные, а на щеке перекатывается желвака.
— Мы без тебя не пропадем, — цежу я сквозь зубы, а у самой в груди нарастает паника. — Ясно? Я с девочками…
— А я все еще их отец, Лера, — голос у Романа становится холодным и острым, как лезвие ножа.
— Ты им перестал быть…
— Давай-ка, ты сбавишь обороты, — сжимает мое запястье крепче. — Выдохни, Лер. И ты не та женщина, которая начнет настраивать дочерей против отца. Верно?
— Что ж ты о них не подумал, когда на Наташечку полез, а? — я вскидываю подбородок.
Он хмыкает.
— Что нечего сказать?
— Да, — поскрипывает зубами. — Нечего. Да и наш весь разговор вышел не таким, каким я его представлял.
— Ну да, я не терпила, которая будет воспитывать чужого ребенка, — скалюсь на него в отчаянии, — ты совсем офанарел?!
— Я тебя уже услышал, — лицо романа становится отстраненным. — Услышал и понял. Можешь не повторять.
— Тогда какого черта ты все еще стоишь предо мной? Или ты ждешь, чтобы я ушла?! И тогда ты в нашу квартиру приведешь свою беременную блядь? — кричу и брызжу слюной в лицо Романа.
