1
0
— Не нужно, Саша, — сказала она заботливо. — Отдыхай. Я принесу.
— Скажи, а вещи моего друга там же, где и мои?
Она, уже направившаяся было к выходу, вдруг замерла. Обернулась. Глянула на меня с каким-то недоумением.
— Ну… да…
— Все вещи?
Когда я переоделся в свою форму одежды, Мариам показала мне одежду Тарика. Импортный камуфляжный костюм висел на бельевой веревке во дворе, словно какие-то кальсоны.
— Это все его вещи? — спросил я, провожая взглядом какого-то косящегося на меня незнакомого афганца, шедшего по неширокой улице кишлака.
— Нет, — покачала она головой, немного погодя.
— А было что-то еще?
Не ответив, девушка кивнула.
Через пять минут, проверив, как там Тарик Хан, я уже сидел за столиком. Смотрел, как Мариам разворачивает большое полотенце. Как моим глазам открываются нехитрые вещички Тарика Хана. По крайней мере те, что не остались в Пяндже, когда мы рухнули в воду.
А было там немного: импортный компас, миниатюрный фотоаппарат, какая-то записная книжка, чернила в которой размазались от речной воды, свисток, маленький бинокль, наручные часы на тряпичном ремешке, а еще пистолет.
Причем последний первым бросился мне в глаза. Это была черная, крупная «Беретта» М92.
Мариам уселась напротив меня. Тоже принялась рассматривать нехитрые пожитки, оставшиеся при Хане после встречи с Пянджем.
Книжицу и фотоаппарат я сразу переложил в свой подсумок. А потом взял пистолет.
Мариам тут же уставилась на меня как завороженная. В глазах ее блеснул страх.
— Не бойся, — сказал я, проверяя пустой магазин пистолета, — я не причиню тебе вреда. Обещаю.
Девушка, оказавшаяся словно бы в каком-то ступоре, медленно покивала.
— Наверное… Наверное, я посмотрю, как там твой друг, — сказала она нервно и принялась вставать. — Может, он хочет пить или есть.
— Не стоит ходить к нему одной, — сказал я тихо.
Девушка снова замерла на месте.
— Почему?
— Потому что он мне не друг, Мариам, — сказал я и слегка оттянул затворный кожух пистолета.
В стволе оставался один последний патрон."
"Девушка изумленно выпучила на меня глаза.
— Ч-что?
— Этот человек, — продолжил я, — его зовут Тарик Хан. Он из пакистанского спецназа. Вернее, командир пакистанского спецназа. И он мой враг.
От удивления Мариам даже отстранилась, отодвинулась от стола, не сводя с меня изумленного взгляда.
— Это опасный человек, — продолжил я. — Но я сделал все, что мог, чтобы он не навредил вам. Но сегодня, сейчас, мы с ним уйдем из вашего дома. Уйдем навсегда.
Девушка в недоумении нахмурилась.
— Но вы же… Но ты еще слаб… — сказала она внезапно.
Признаюсь, меня это удивило. Однако по укоренившейся давно привычке я не выдал своих чувств.
