Пламенное сердце

"

"Я понимала, что все может пойти наперекосяк, поэтому и не говорила ничего Адриану, хотя мне было очень неприятно. Я знала, что отношения часто распадаются из-за того, что партнер сдуру утаивает важную информацию. А ведь я клялась никогда так не делать. Но я догадывалась, что будет, если поставить Адриана в известность. Во-первых, он захочет присоединиться к нам. Во-вторых, если кого-то из нас ранят – или, боже упаси, убьют, – он никогда себе не простит, что не смог прибегнуть к духу для исцеления. Многое переменилось с тех пор, когда он начал принимать таблетки, и, вероятно, его дар приутих. Наверное, управление духом и вызывало зависимость, но в действительности Адриана терзала невозможность помочь другим. Я не могла позволить, чтобы он оказался в настолько опасной ситуации.

И последняя моя причина утаить все от Адриана была сугубо эгоистичной: я не хотела подвергать его риску.

«Мир рушится».

Слова Адриана являлись лишь частью его созерцательного, метафизического состояния души. Однако они преследовали меня и днем, и ночью. Мы достигли совершенства, пусть даже это были украденные мгновения, и иногда казалось, что мы танцуем на лезвии бритвы и неизбежно сорвемся вниз.

Обсуждая задачу с Нейлом и Эдди, я с горечью думала – уж не разлучит ли это нас с Адрианом? Мы боялись, что нас засекут. А если все рассыплется потому, что я ввязалась в дурацкое и благородное дело.

«Не держит середина».

Я вздохнула и встала. Ладно. Я полна решимости. Сидни Сейдж по-настоящему безрассудна.

Вернувшись в свою комнату в кампусе, я обнаружила, что Зоя корпит над уроками. Напряжение после вчерашней ссоры немного уменьшилось, но не исчезло.

– Привет, – поздоровалась я, снимая пальто.

– Привет, – отозвалась Зоя. – Закончила свою работу для миз Тервиллингер?

Я проигнорировала ее обвиняющий тон.

– Да. Серьезный проект завершен, и появится свободное «окно». – Я думала, что мое замечание порадует Зою, но она продолжала дуться, и я попробовала зайти с другой стороны. – Хочешь кекс? – Я прихватила с собой несколько штук, а Зое сказала, что они из «Спенсера» – там был большой выбор кондитерских изделий.

Зоя покачала головой.

– Слишком много калорий. Кроме того, нам пора ужинать.

– Ты пойдешь с нами? – с надеждой спросила я. У Зои, как и у меня, появились приятели из числа обычных людей, и иногда она предпочитала их нашей моройской компании.

Я видела, что Зоя колеблется. Затем она робко улыбнулась мне, и я снова почувствовала надежду.

– Конечно.

Она хотела, чтобы мы были сестрами. Но она, как и я, не знала, как добиться такого результата.

«Когда-нибудь, – подумала я. – Когда-нибудь я все улажу. Адриан, Зоя. Жизнь станет простой».