Песнь личной служанки повелителя

Убийца, что чуть не стал жертвой. Кто эти люди, зачем они напали? И ведь я чуть не стала разменной монетой в этом противостоянии. Следующее воспоминание вспыхнуло оглушительным взрывом в голове. Деймос добровольно отбросил меч, чтобы спасти мою жизнь. Он действительно собирался пожертвовать собой ради меня? Это просто не укладывается в голове.

— Лира, — вновь позвал Деймос.

Впервые его голос звучал неуверенно, а чёрные глаза подёрнулись мутной пеленой боли.

Заставить себя шагнуть к нему удалось через силу. Пусть по его вине я и попала в беду, но он спас меня. Хотя бы за это стоит быть благодарной.

Деймос взял меня за руку, притянул ближе. Вторая его ладонь коснулась моего подбородка, запрокинула голову. Деймос уже серьезным взглядом оценил раны на моей шее. Нагнувшись, принюхался, чем вызвал моё удивление.

— Кажется, не отравлено. На всякий случай нужно выпить противоядие, — вновь выпрямившись, Деймос посмотрел в мои глаза.

Поселилось что-то непонятное в глубине этих чёрных омутов. Отчаянная решимость и что-то ещё. Что-то пугающее, что-то вторящее ему из глубины моей души.

Я придушенно вздохнула, когда твёрдые губы накрыли мои.

Не тем осторожным поцелуем, что случился на берегу реки, а коротким, даже жёстким, ударившим в душу клеймом собственности. Кажется, если раньше у меня и был выбор, то сейчас его нет. Я видела это в чёрном взгляде, чувствовала в жестах, кажется, даже ощущала в эмоциях.

— Вернёмся в лагерь.

Снова я очутилась в объятиях Деймоса, снова за доли секунды оказалась высоко в небе и снова щурилась от потоков ветра, бившего в лицо. Как и в первый раз в груди наравне со страхом поднялся восторг. Как же это здорово, уметь летать. Только на этот раз полёт давался Деймосу тяжелее.

Его взгляд туманился, на лбу выступила испарина, его тело горело, просто пылало в лихорадке. И приземление вышло жёстче, чем обычно. Деймос тяжело спружинил ногами, сжал меня крепче, чем стоило, словно боясь уронить.

К повелителю сразу рванули гармонты. Деймос подобрался, я различила тот момент, когда он силой воли отогнал боль и туман лихорадки. Коротко сообщив о нападении, он принялся жёстко раздавать приказы. Отправил отряд отыскать трупы, потребовал всех обыскать. Как оказалось, один из нападавших был жив, и его следовало скорее привести в лагерь для допроса.

А раздав указания и назначив ответственных, он направился в свою палатку.

Все это время Деймос не выпускал меня из рук. Я сжималась, ведь была в одном белье, но, как ни странно, ни один из гармонтов не бросил на меня даже взгляда. Сначала я решила, что это вежливость и нежелание смутить, но потом вспомнила, в чьих объятиях нахожусь. Гармонты не смели посягать на собственность повелителя даже взглядом.

Деймос внёс меня в палатку и сразу направился к спальнику.