Песнь личной служанки повелителя

Хотя разве у меня есть выбор?

В гостиной теперь горел свет, как и в спальне, куда свернул Деймос. Надеюсь, он хочет, чтобы ему перестелили кровать… К тому моменту, как вошла в спальню повелителя, я успела накрутить себя до предела. Комната была оформлена в серебряном и синем цвете. Повелитель прошёл к застеленной черным покрывалом широкой кровати. И, расправив крылья, тяжело присел на нее. Только сейчас я заметила, что он выглядит бледным и изможденным.

— Обработай рану, — новый приказ, и Деймос указал на холщовую сумку, лежащую на прикроватной тумбе.

Всего лишь рана? Внутреннее напряжение чуть отступило.

Уже смелее я подошла к кровати. Раскрыла сумку, чтобы убедиться, что внутри лекарские снадобья и мази. Выбрав средство для обеззараживания, я смочила им чистую тряпицу из сумки и взглянула на Деймоса. До этого я всеми силами отводила взгляд от обнаженного тела, потому не смогла сдержать испуганного вздоха. Руку от плеча до локтя избороздили необычные чёрные шрамы, больше напоминающие корни дерева. Это произошло в ту ночь?

— Рана здесь, — Деймос небрежно мазнул пальцами по коже под широким порезом, растянувшимся под правой ключицей.

Я постаралась сосредоточиться именно на ране. Только теперь стало видно, что из нее сочится слишком тёмная сукровица, а вокруг ярче выделились потемневшие вены.

— Яд, — пояснил в ответ на моё удивление повелитель, не сводя внимательного взгляда с моего лица. — Марек оказался тем ещё трусом, — мрачно усмехнулся. — Не бледней, я уже выпил противоядие, — новая усмешка, но уже более веселая. — Яд явно не рассчитан на таких, как я.

Таких, как он? Что в нём особенного? Все же вспомнив о своих обязанностях, я принялась за обработку раны.

Пришлось присесть на колени, чтобы не стоять внагибку. Я старалась смотреть только на рану, боясь выдать истинные чувства. А внутренне злилась на себя, на обстоятельства, ведь вынуждена прислуживать врагу, а ещё меня жутко смущал его вид. Райнер был единственным мужчиной из моего окружения, но его я никогда не видела без рубашки, поэтому обнаженная грудь Деймоса вводила в замешательство. Высокий, широкоплечий, мускулистый, он возвышался надо мной и, казалось, следил за каждым моим действием.

Пальцы саднило от прикосновений к обжигающе горячей коже гармонта.

Не знаю, что в нём особенного, но яд вызывал жар, причем очень сильный. Чёрный взгляд подернулся туманной дымкой лихорадки.

Закончив с обеззараживанием, я вновь вернулась к сумке, чтобы отыскать заживляющий состав.

— Как тебя зовут? — вопрос застал врасплох, и я выронила тюбик с мазью обратно в сумку.

Пришлось обернуться к повелителю и вновь жестами напомнить о том, что не могу ответить.

— Возьми книгу, покажи буквы, — Деймос указал на протянувшийся вдоль стены стеллаж.