Падший

В полуприкрытых глазах Бастьяна заплясал огонек самодовольства. Он указательным пальцем гладил Туссена по подбородку, зачарованная змея приподняла хвост и покачала им из стороны в сторону, будто это маятник на часах, а затем, скрутив его в кольца, уложила у ног Бастьяна.

Джей подумал, что, вероятно, стоит встать и прочесть Бастьяну еще одну лекцию о правилах хорошего тона, однако темнокожая женщина с заостренными ушами и вздернутым носиком – явно дитя любви смертного и какого-нибудь токкэби[52] – прошествовала мимо него. Спелые виноградины падали из ее тонких пальцев, пачкая дорогой ковер под ее босыми ногами. Тощий колдун скользил следом за ней, словно тень, то и дело наклоняясь, чтобы подобрать брошенные ягоды, и жадно облизывал пальцы с опасным блеском в лиловых глазах."

"Джей раздул ноздри. Он уже был сыт по горло непрошеными гостями. Это правда, что семья Сен-Жермен нередко предоставляла представителям волшебных народов убежище. Изгнанникам, полукровкам, колдунам и их прислужникам с пустыми глазами. Лучше пусть собираются здесь, под покровительством Падших, чем ищут помощи у Братства.

Однако разворачивающиеся перед Джеем сцены нескончаемого разврата были выше его сил. Всего месяц назад это были спокойные вечера с играми и картами. Иногда компания друзей могла распить бутылку или две. В зале, заполненном приглушенным смехом и звоном бокалов, совершались магические сделки.

Происходящее сейчас могло переплюнуть в своей порочности оргии Диониса. Разбитые графины и осколки бокалов усеивали пол вперемешку со смятой одеждой, оставленными там и тут яблочными дольками и кусками апельсиновой кожуры. Красное вино капало с узкого серванта, темная жидкость заливала каррарский мрамор, точно кровь. Застоялый воздух собрался под резным потолком из красного дерева, смешиваясь с серовато-голубым опиумным дымом и подозрительно сладким духом абсента.

Капельки шампанского окропили Джею плечо, когда темнокожий молодой человек, которого Джей не видел прежде, выбил пробку из новой бутылки. Половина тут же разбрызгалась по комнате, залив обшитые деревянными панелями стены и стекая по раме живописного шедевра, который Никодим раздобыл в Мадриде пару месяцев назад.

Джей откинулся на спинку самого неудобного стула в этом зале и продолжил мрачно наблюдать за Бастьяном, который развалился в кресле в углу, обитом темно-синим шелком. Шампанское капало с его коротких черных волос, пока он покачивал в руке кубок, наполненный теплой кровью с абсентом.

Полуголый кобольд[53], изгнанный из Вальда за продажу пустых желаний ничего не подозревающим смертным, и хохочущий спригган[54] с лавровым венком на голове устроились на полу рядом со свернувшимся кольцами Туссеном, напившись до беспамятства.