4
0
***
Первое, что бросилось в глаза — это небо. Низкое. Мрачное. Серое. Не сизое, не свинцовое, а просто серое, будто кто-то украл все остальные цвета и оттенки. Безжизненное, пустое, только большие черные птицы кружились вдали. Серые клубы облаков, лениво переползали из стороны в сторону по серому небосводу. Солнечные лучи не могли пробиться сквозь эту завесу и лишь изредка проглядывали в просветы.
В воздухе крупными хлопьями витал пепел, пахло разлагающейся тиной, серой, а еще чем-то горьким, от чего сразу начало першить в горле. А еще было жарко, душно, и я пожалела, что у меня уже закончилась вода.
Портал вынес нас на вершину холма, а внизу, перед нами раскинулась широкая равнина. На ней не было ни травы, ни буйства цветов. Только земля такая же серая, неживая, измученная. Местами ковром расстилался бурый мох и пробивались тонкие слабые деревья, такие кривые и уродливые, что не вызывали ничего кроме отторжения.
Со всех сторон долину ограждали острые горные вершины, черными зубьями впивающиеся в небо, а впереди у самого горизонта дымилась сопка, выплевывая в отравленное небо клубы черного дыма.
По всей долине, на сколько хватало глаз, было разбросано множество черных луж, таких же, как в подземелье Академии. Они были разных форм и размеров. То маленькие, как после летнего дождя, то широкие, словно полноводное озеро, то узкие и извилистые, как молодая река.
— Ну как? — криво усмехнулся Нольд, — нравится?
— Здесь страшно, — прошептала я, растерянно озираясь по сторонам.
— Правда, что ли? Ты не шутишь? — ехидно удивился блондин, а потом уже серьезно добавил, — я предупреждал.
— Я помню.
— Какая же ты молодец. Все помнишь, все понимаешь, но ни черта не слушаешь! Ну и каковы твои планы, ведунья? Что ты собираешься делать? Тут не получится ладошкой смести, а потом пыль раздуть.
— Не получится, — пришлось с ним согласиться.
Если честно, когда я сюда ехала, то думала, что внутреннее чутье подскажет, направит. Но оно упорно молчало. Наверное, тоже растерялось, увидев всю эту красоту.
— Поехали домой? — спросил он, с надеждой поглядывая на меня, — вернемся в Ралесс. Я куплю тебе пирог. Тот самый. Сливочный.
Пирог… Как давно это было. Кажется, что в прошлой жизни.
— Обязательно. Когда-нибудь в другой раз. Расскажи мне об этом месте. Пожалуйста.
Огненный маг молчал, тоскливым взглядом скользя по долине. Вспоминал. Мне кажется, в этот момент он стал на двадцать лет старше. Только что передо мной стоял молодой беспечный парень, и вдруг его место занял взрослый мужчина, за плечами которого столько всего, что и чертям тошно станет.
— Южному прорыву уже не одна сотня лет. Первый раз, когда твари пробились в наш мир, люди оказались не готовы. Много жертв. Много страшных смертей.
