От винта! [Сборник]

Она здорово изменилась впоследствии. При переходе к более серьёзным отношениям мне была рассказана потрясающая по трагизму и слащавости история про несчастного погибшего лейтенанта, унёсшего с собой её девственность. На самом деле она была ППЖ командира 66-го полка, но, когда она перешла в атаку и потребовала у него развода с его женой, он отказался. Возник небольшой скандал, который разрешил Вершинин, переведя её в наш полк. Если бы она сказала правду, я бы к ней по-другому отнёсся. Но она предпочла ложь. Да и бог с ней. Ореол героя-разведчика скоро рассеется у неё в голове: мы не сбиваем машины сотнями, у нас приказ любыми средствами избегать боёв, даже когда мы видим, что противник слаб и находится в невыгодном положении. Поэтому награды и денежные премии нам с неба не сыплются. А вокруг будет много молодых, способных и быстро продвигающихся по службе Героев Советского Союза. Всё-таки лучший полк ВВС. «Старики», а их совсем немного в полку, понимают, каким делом я занимаюсь, почему нахожусь на особом положении, а молодёжи этого не объяснить. А у молодых один вопрос: а сколько у него сбитых? Всего семь? Тоже мне – «старик!» Эти разговоры начались после очень удачного для полка периода освобождения Донбасса. На полк просыпался просто дождь наград, многие получили звания Героев. А я получил самый дорогой мне орден: «Отечественную войну» 2-й степени. Уж слишком дорого он мне достался: в разведке, на «Кобрёнке»."

"В начале ноября, в Днепропетровске, меня атаковали свои. Инициатором выступил будущий муж Даши. Я не входил ни в одну из эскадрилий, и у меня другая норма питания: высотная. Там всякие витамины, кобальт и прочие прибамбасы, и она существенно больше. Кислород выжигает жир очень эффективно, его необходимо восстанавливать. Поэтому у меня в столовой был отдельный стол. Захожу вечером в столовую, за моим столом сидят четыре летчика и курят. Три пепельницы, а я – некурящий. Скандала не получилось, хотя вырубить четырех «щенков» для меня раз плюнуть. Но мгновенно, при возникновении скандальной ситуации, подошёл Речкалов, зам командира полка, Клубов, командир 2-й эскадрильи и Голубев, ведомый Покрышкина. Двое – старики. Они укоротили четырех Героев:

– Это стол Константина Васильевича. Курилка – на улице, – сказал Голубев.

Стоящие рядом Речкалов и Клубов не дали возможности скандалистам продолжить историю. Но, уходя, будущий выдающийся политработник и рогоносец успел пробурчать:

– Ходют тут всякие, «стариков» из себя изображают, с семью сбитыми.