Ошибка

 – Даже не смей, коварная женщина, меня, невинного, совращать!

– Невинного? –  ахнула я."

"Вот нахал! Я уже хотела напомнить ему о двух красотках, которых не так давно контрабандой проводила в дом. Тогда нам повезло. Когда я каким-то чудом выбила пробки, Игорь обнаружил под окнами отцовскую машину и через черный вход вывел девушек, так что Бояринцев нас не застукал. Но не думает же он, что я и вовсе забыла об этом происшествии?

– Невинного… – скромно подтвердил мнимый муж. И тут же ехидно прищурился: – И вообще, с чего ты решила, что у меня нет дамы сердца?

– У тебя? Дама сердца? – недоверчиво протянула я. – Ну а если есть, зачем нужна была я? Женился бы на ней.

– Все-то тебе нужно знать! –  помрачнел Игорь, как-то враз растеряв всю дурашливость. – Пойдем в номер, иначе ты совсем простудишься, а я буду виноват.

Когда мы добрались до номера, я быстро достала из чемодана спортивный костюм и первой шмыгнула в ванну. Конечно, спортивный костюм – это не то, в чем я обожаю спать, но пижаму я изначально отвергла. Даже с собой не взяла. Достаточно и того, что ночевать приходится в одной постели, нечего лишнюю интимность разводить. Пока я мылась, с наслаждением греясь под теплыми струями, потом сушила волосы, наносила кремы, неторопливо натягивала белье и спортивный костюм… – в общем, трусливо оттягивала момент выхода из ванной комнаты – Игорь уже уснул. Дисциплинированно. На своей половине кровати.

Я осторожно улеглась на своем краешке, как в кокон завернувшись в покрывало до самых ушей. Последняя моя мысль была о номере за стенкой. Что-то там тихо. Видимо, эта пара все успела до того, как мы вернулись с прогулки. Перед глазами явственно встала измятая постель со сбитым на пол одеялом, раскинувшийся на ней утомленный Бояринцев со своим крепким совершенным телом, с горячей и влажной кожей, блестящим от испарины лбом и…  И рыжая голова на крепком мужском плече. И как я ни пыталась прогнать это наваждение, оно никуда не хотело деваться.

Глава 17

Бояринцев злился на себя весь вечер. Сначала за то, что вытащил молодую семью в развлекательную поездку. Нет, намерения, конечно, у него были благие: присмотреть за девчонкой, которая, может быть, что-то против него задумала, а заодно продемонстрировать скептикам, если таковые еще оставались, мир, покой и благополучие в новорожденной ячейке общества. Вот  только благими намерениями… ну и так далее. В общем, свой персональный ад он сполна получил.

Его сын и невестка шептались, хихикали и постоянно трогали друг друга – все в рамках приличий, да-да… –  убедительно изображая счастливую семейную пару. Слишком, черт побери, убедительно! И присматривать за этим Бояринцеву, как выяснилось, совершенно не нравилось.