Ошибка

Если даже я умудрюсь напиться до невменяемого состояния, единственная постель, в которой я окажусь, это та самая постель, в которую вы же меня и пристроили. Постель вашего сына. У нас ведь с ним один номер, и кровать там одна. Вряд ли найдется какой-нибудь достаточно строгий моралист, чтобы меня в этом упрекнуть."

"Я говорила все это и с каким-то странным болезненным наслаждением наблюдала, как с каждым словом Бояринцев мрачнеет. Трудно сказать почему, но ему явно было неприятно все это слышать. Впрочем, нет, вру. Что значит «трудно сказать почему»? Легко сказать. Сейчас многое встало на свои места: и эти платья, подобранные так, словно никому другому, кроме меня, они не могли принадлежать, словно были сшиты именно на меня и именно меня ждали, вися на плечиках в дебрях салона, а он нашел их безошибочно, именно их! И его злющий взгляд, когда он застукал нас с Игорем в домашнем кинотеатре, и даже эта вспышка гнева, которая пришлась ровненько на тот момент, когда мы с Игорем вовсю изображали супружескую идиллию.

Он ревнует. Черт возьми, он действительно ревнует. Как только я это поняла, ужас, страх, стыд, неловкость быстро исчезли, словно их никогда и не было. И им на смену пришло злорадство. Наверное, я ужасный человек, но мне нравилось смотреть, как этот взрослый, уверенный в себе мужчина, чьим именем, возможно, пугают детей и который владеет чертовой кучей денег и прочего ненужного барахла, стоит передо мной, слушает все, что я тут несу,  и наверняка страдает.

Нет, не сильно, все-таки обольщаться не стоит. Вряд ли это внезапно вспыхнувшее глубокое чувство, но вот некоторую досаду он наверняка испытывает.

– И вообще, – я с улыбкой пожала плечами, – раз уж нам с Игорем по вашей прихоти предстоит целый год играть эту дурацкую комедию, будет куда лучше, если мы с ним поладим. Так ведь для всех проще? Ни ему, ни мне не придется искать никого на стороне. Легенда будет совершенно правдоподобной. А там, как знать, вдруг нам понравится, и мы решим, что созданы друг для друга…Так что, пожалуй, пойду я еще выпью. Отличное вино!

Я двинулась в сторону ресторана, но уйти не смогла. Горячие широкие ладони вновь ухватили меня за талию, стальные пальцы сжались так, что еще чуть сильнее – и останутся синяки. Рывком развернув, он притянул меня к себе. Я с размаху впечаталась в крепкую, твердую грудь, охнула, слегка отстраняясь, будто пара отвоеванных сантиметров хоть что-то значила, когда он был так близко, что жар его тела мгновенно проник сквозь тонкий шелк платья, а потом и сквозь кожу, впитался сладким хмельным ядом в кровь.