2
0А дальше пустота и паук. Где-то в цепочке «цветы — общага — паук» я все-таки лоханулся.
Вспомнить бы где…
— Мне нужно идти! — гордо сообщила мне вредина.
— Нет уж, Цветочек. Ты нагло пришла в отделение, сама, прошу заметить, устроила диверсию Калерией Степановной. Это может трактоваться как нападение на нервную систему полицейского при исполнении.
— Нападение на что? — ахнула она.
— На меня, Цветочек, на меня. Калерия Степановна — оружие массового поражения нервной системы оперов. И ее привела ты!
— Ну, извини, — развела руками Лиля, — я не знала.
— Не извиню, — решил я, пожирая взглядом ее губы.
Пухлые, сочные, как спелые ягоды клубники. Которые так хотелось попробовать на вкус. И фигурка как песочные часы. Тонкая талия, длинные ножки, аппетитные бедра. Свежая, красивая и донельзя возмущенная.
И никуда она не уйдет сегодня! Сама попалась.
— Не очень и хотелось, — гордо заявила мне Лилечка.
Взяла свой букет, прижала к груди… Я бы в тот момент многое отдал, чтобы стать тем букетом и самому к ее груди прижаться.
Уши задымились, а мой организм напомнил, что, вообще-то, воздержания у нас с ним не было с той самой первой ночи, когда я попробовал секс в первый раз.
— Пропусти! — потребовала моя вредина, вставая вплотную.
Даже на высоких каблуках роста ей не хватало — приходилось задирать голову, чтобы взглядом показать трехтонное презрение.
— Не-а, — лениво протянул я, — ты нанесла мне душевную травму, я требую компенсации.
— Опер, души у тебя нет, а компенсацию ты можешь получить от кого угодно. Лола, кстати, свободна, уважаемый адвокат уехал в командировку!
— Да зачем мне Лола? — возмутился я.
— Снаряд дважды в одну воронку не падает? — иронично поинтересовалась пельмешка. — Гений, не боишься, что рано или поздно в городе женщины закончатся?
— Не-а. Пельмешка, мне только ты нужна!
— Сколько раз за сегодня ты говорил женщинам эту фразу?
— Нисколько, — приложив ладонь к груди, я принял самый честный вид.
— Да ну! А я вот нашла доказательство, что ты первый подвиг не выполнил, — елейно пропела Цветочек, протянула руку и сняла с моей футболки рыжий волос.
Паню нужно срочно отселять! Прямо сегодня! Это не оккупант, а просто вредитель рыжий, который мне всю личную жизнь похерит!
— Не, пельмешка, ошиблась ты! Во-первых, это не она, а он…
— Евгений, а вы оригинал!
— Молчи и слушай! — приказал я.
— Даже не кошечка...
— Да настоящий кот! С усами и лапами! — даже обиделся я, — этот, как его… Мейн-кун!
— Бедное животное, — сочувственно вздохнула пельмешка, — где ж он так провинился, что к тебе попал?
— Где я так провинился, что он ко мне попал? — посетовал я. — Оккупант просто.
